– Энди! Сделай перерыв и потанцуй со мной!
Купер, он же Эль Мариачи, смеется над моей просьбой, а Энди приподнимает брови.
– Ты видишь, что творится в клубе?
– Ну, может быть, позже? – Я собираюсь уже покинуть бар, чтобы у всех было больше места и я не мешала. Теперь смеется Энди:
– Только после работы!
– Я нашел бы минутку для одного танца.
Я замираю на середине движения, но уже слишком поздно, потому что я сталкиваюсь с кем-то, с трудом сдержавшись, чтобы не вылить напиток прямо себе в декольте.
Его голос звучит немного резко и взволнованно. Он глубокий, низкий и безошибочно узнаваемый.
Такое ощущение, что прошла уже целая вечность с тех пор, как мы в последний раз вот так стояли рядом. Как мы нормально разговаривали друг с другом.
И сейчас, после всего, что я видела, делала и думала, от этого становится еще тяжелее.
Его лосьон после бритья опьяняет меня. Вот были бы ароматизированные саше с таким запахом. Его дыхание ударяет мне в висок.
Благодаря каблукам я снова стала немного выше и ближе к его уровню глаз. Благодаря им я чувствую себя лучше, безопаснее.
Мэйсон предлагает потанцевать с ним – а я собираюсь сказать ему, что не хочу этого, когда внезапно чувствую его правую руку на своем бедре. Его тепло и ощущение этого прикосновения в сочетании с латексом, облегающим, как вторая кожа, заставляют мое дыхание резко ускориться, а мои губы раздвигаются сами собой, чтобы я могла вдохнуть больше кислорода. Медленнее, чем планировалось, я поворачиваюсь к нему лицом, понимая, что его рука все еще покоится на том же месте, прижимая меня плечом к его груди.
Мэйсон скользит рукой к моей пояснице и притягивает меня к себе так порывисто, что я вынуждена приподнять руку со стаканом и ухватиться за его плечо свободной рукой.
Когда я впервые за этот вечер вижу его лицо, то радуюсь, что большинство функций моего тела все еще находятся под контролем. Черт побери. Я ожидала, что… Понятия не имею, чего я ожидала, но точно не этого.
– Мэйсон, – выдыхаю я, желая, чтобы это прозвучало весело и непринужденно, но это звучит именно так, как есть: озадаченно и немного возбужденно. Проклятье.
Его губы растягиваются в ухмылку, отчего мой мозг на мгновение останавливается, а самая важная мышца в моем теле на секунду забывает свою основную задачу – своевременно сокращаться – и пропускает пару ударов.
Мой взгляд переносится с взлохмаченных волос Мэйсона, добавляющих дерзости его облику, на очки-авиаторы, которые чертовски хорошо смотрятся на нем, и, мимо его губ, на белую рубашку, выглядывающую из-под зеленой куртки в стиле милитари, словно украденной прямо со съемочной площадки – на ней даже красуются различные значки.
Хотела бы я видеть сейчас его глаза.
Вдруг, как будто прочитав мои мысли, он снимает очки и вешает их на воротник рубашки.
– Вот так сюрприз.
– О да, – бормочет он. – Это точно сюрприз, кошечка, – на этот раз он делает особый акцент на моем прозвище, что заставляет меня гордо улыбнуться. У меня идеальные ушки, как и весь костюм. Я действительно вполне сойду за настоящую Женщину-кошку.
– А ты не Джеймс Бонд? Он так же любит носить костюмы, как и ты.
– Верно, но я не большой поклонник Бонда. И, кроме того, зачем выбирать агента, если можно сыграть Мэверика?[17]
Мне неприятно это говорить, но это правда. Мэйс похож на молодого Тома Круза. Только намного красивее.
Он действительно может испортить мне любой, даже такой вечер…
– Это зависит от обстоятельств, – хмуро отвечаю я, склонив голову набок, и отталкиваю его от себя. – Дэниел Крейг – горячий парень.
Я отдаляюсь и направляюсь к танцполу, чувствуя, как Мэйсон следует за мной.
– Неужели у тебя сегодня нет компании, Мэйс? И неужели все так плохо, что тебе приходится снова обратиться ко мне? – спрашиваю я его, когда мы останавливаемся у края танцующей толпы и я потягиваю лимонад через трубочку.
Мэйсон не сводит с меня взгляда, он удерживает меня им, словно руками. Все становится еще хуже, потому что при этом мои соски твердеют и прижимаются к лифчику, как гангстеры, пытающиеся вырваться из тюрьмы. Надеюсь, это незаметно сквозь тонкую блестящую черную ткань. Но последнее, что я могла бы сделать сейчас, – проверить это.
Мэйс приближается, и от каждого его шага я все больше покрываюсь мурашками. Как было бы хорошо, если бы это прекратилось… Почему же не прекращается?
Я стараюсь не показывать своего напряжения и заставляю себя не сбежать как трус. Даже когда его лицо становится все ближе и ближе ко мне, его рука поднимается, чтобы убрать прядь волос мне за ухо, а затем скользит вниз по моей шее. Каждый кусочек кожи, которого он касается, горит. Каждое прикосновение похоже на электрический разряд, который пронзает меня.
17
Мэверик – летчик, лейтенант, главный герой фильма «Топ Ган: Мэверик», которого сыграл Том Круз.