В общем, сначала все распланировали, потом бойцов на группы делили, встречали пополнение, раздавали на всех дополнительный боекомплект, что сняли с мертвых бандитов и нашли на их «базах» в двухэтажной бетонной «Бастилии» городской администрации и кафе у автостанции. Дела и хлопоты затянулись почти до обеда. Хотя какой там обед? Пожевали всухомятку, у кого что было. Я только собрался припрячь кого-нибудь и направить в здешнюю школу, посмотреть, какая при школьной столовой кухня и можно ли там хоть какое-то горячее питание наладить (в разнесенном нами кафе тоже кухня имелась, но после ожесточенной перестрелки, перешедшей в рукопашную, от нее остались только обломки и осколки). Но тут захрипела-зашипела помехами стоящая на столе базовая «Моторола». По северной дороге к нам пожаловали незваные, но вполне ожидаемые гости.
– Как думаете, мужики, скоро снова полезут? – Невысокий ополченец лет пятидесяти, из прибывших вчера нам на подмогу, неспешно выбил из пачки сигарету и глубоко затянулся.
– Не, – качает головой Игорь. – Это ж тебе не вермахт в сорок первом, чтоб по свистку фельдфебеля цепями в атаку идти. Не удивлюсь, если половина из них этой же ночью или свалит на фиг, по тихой грусти, или своих же паханов на вилы поднимет. Те им чего обещали? Водку, жранину от пуза и девок? А что они сейчас получают? Свинца и стали в жо… брюхо. И чего ради им тут с нами воевать и за что подыхать?
Тут наш свежеобозванный прапорщик Кенни прав, как мне кажется. Налететь кодлой, с гиком и посвистом молодецким, сбить слабенькое, не готовое к бою охранение, перестрелять по-быстрому всех сопротивляющихся, подломить продмаг и, накачавшись дармовой водкой, отправиться на поиски попрятавшихся девок – на такое урки готовы подписаться с радостью. Даже если оно сопряжено с какими-то потерями. Каждый верит, что если и подстрелят, то не его. А уж ему-то, матерому и свирепому, только больше водки и баб достанется. А вместо этого – вот уже почти сутки боя.
Давно прогорели и даже чадить перестали подбитые вчера мной и Игорем грузовики, на которых бандиты надеялись на скорости в городок ворваться. Нет, задумка была нормальная: прикрыть лобовуху и радиаторную решетку толстыми стальными листами, оставив водителю лишь узкую смотровую щель, а в укрепленные все тем же стальным прокатом кузова с нарощенными почти на метр бортами посадить по полтора десятка автоматчиков. Да на скорости, поливая длинными очередями все, что шевелится и пытается отстреливаться… Могло прокатить. Но против кумулятивного выстрела из РПГ пасуют даже бронетранспортеры, чего уж говорить про самодельные «тачанки»-гантраки[26], кое-как сляпанные на коленке из «КамАЗов»-самосвалов? Метров сто они до наших позиций не доехали, а теперь стоят на дороге, воняя горелой резиной скатов и паленым мясом. Такие вот вышли креативные памятники чьей-то излишней самонадеянности. Но тонкого намека урки не поняли и попытались прорваться в пешем порядке. Вон они, те «оптимисты», присыпанными грязным снежно-ледяным крошевом холмиками по всему полю лежат. Под сотню их там, не меньше.
Потом была попытка прорваться с севера, через лодочные гаражи вдоль озера. И наша минная засада. Уж чего там Руслан и один из костромских омоновцев на пару накрутить успели – бог весть, но рвалось там минут пять, и живыми из полезшей туда сотни примерно бандитов выбрались человек шестьдесят. Исключительно чтобы влететь в заранее подготовленный огневой мешок. Эх, нам бы сюда минометы! Пусть даже простенькие ротные «Подносы» калибра восемьдесят два миллиметра. Но и стрелковым неплохо управились. Назад к своим вырвались человек десять, вряд ли больше. И то уходили как-то неторопливо и сильно скрючившись. Возможно, уже и загнулись от полученных ранений, кровопотери или заражения крови. Вряд ли у зэков хорошо с медиками.
Прорыв со стороны аэродрома на корню придавили омоновцы. У них на десять человек – семь подствольных ГП. У оставшихся троих – «Печенег», РПК и неопознанная снайперская МЦ на базе спортивной винтовки «Рекорд»[27]. В общем, узкого профиля специалисты. Но стрелки и в семь коротких сорокамиллиметровых стволов нормально управились: бандиты и на две сотни метров подойти не смогли, омоновцы им натуральный минометный обстрел устроили, а пулеметчики и снайпер разгром довершили.
Последнюю попытку изобразить наступление (именно изобразить, побежали при первых же ответных выстрелах, видно, последние остатки боевого духа растеряли за день) мы отбили только что. И все бы хорошо, но боеприпасов у нас почти не осталось. Лично у меня – три магазина. Вернее, два с половиной. Тот, что прямо сейчас к автомату примкнут, уже наполовину пуст. Ну или наполовину полон, тут от точки зрения зависит. Хотя оптимистом в такой ситуации оставаться сложно. Разве что у Кенни получается пока. И то не понятно, всерьез он или просто перед ополченцами форс держит. У остальных, думаю, дела не намного лучше. И этот неприятный факт здорово всем давит на нервы. Потому как отступать нам нельзя, да и некуда, если по-честному. После того, что мы тут натворили, урки нам уйти не дадут, вцепятся в загривок, будто бультерьеры, и не успокоятся, пока мы чисто физически не закончимся. При этом посреди поля одолеть нас будет значительно проще, чем сейчас, когда мы в землю зарылись. Да и местному населению, и без того дерьма полным черпаком хапнувшему, тоже ничего хорошего не светит. Такие вот веселые расклады. И что в такой ситуации остается? Остается держать позиции. Пока есть хоть один патрон или пока еще жив.
26
Гантрак – (
27
Российская магазинная снайперская винтовка с продольно-скользящим затвором МЦ-116М, состоящая на вооружении спецподразделений МВД.