Продрых до утра…
— Тру-ту-Туу!!! — громоподобный звук трубы раздался будто прямо над головой.
Из положения лежа меня подбросило вверх, и я не фига не соображая свалился с кровати, запутавшись в одеяле.
Я только крякнул задушено, а после вскочил и вытянувшись во фрунт — руки по швам, подбородок вверх, — отчеканил:
— К службе готов! — и только тогда очнулся.
Стоял я у кровати с пологом, в круглой комнате и с других кроватей на меня таращились другие мальчишки.
— Биг, ты чего? — опасливо спросил Нев.
— Э-э-э… — очень умно отвечал я. — Я это… решил что я в военном летнем лагере…
— В военном лагере? — переспросил Драко. — Ты что, воевал?!
— Да ну тебя, скажешь тоже! — отмахнулся я. — Ты что, в летнем лагере никогда не бывал?
— Нет, не был, — сказал тот. — И что, там служат?
Ну, если он не был, то понятно почему он не в курсе.
— Не-е… но там здорово. Учат всякому полезному — палатку ставить, как маскироваться от врагов подручными средствами, как в лесу ориентироваться, драться, — я встал в стойку и показал хук справа. — Я там плавать научился. А еще мы стреляли из винтовок и луков, устраивали ловушки, метали дротики в мишени врагов… короче, там круто.
Драко и другие мальчишки жадно слушали меня.
— А что значит «к службе готов!»? — спросил Драко.
— То и значит, — пожал я плечами, и стал переодеваться в форму, вытащив ее из сундука. Хорошо, что мантии не мнутся! — Что я готов служить родине, а она у нас одна. Нас по утрам будили под горн трубы, а затем капрал входил в спальню, а мы уже должны были стоять строем по стойке смирно, одетыми, и хором отвечать на его приветствие. Нас там вообще гоняли… но я так и не похудел.
Досады я не сдержал. Увы, но щитовидка моя жестоко убивала во мне всякую надежду на службу в армии ее величества. После лагеря я мужественно пытался перебороть ее, сел на голодовку и мама отчаянно пыталась накормить меня хотя бы овощными рагу… в результате загремел в больницу. Где мне популярно объяснили, что голодовка не выход, а диета только может помочь до определенной степени поддерживая вес на неком уровне… но вот худым я не стану. Все было зря… и я плюнул, от расстройства тут же сожрав приготовленный мамой торт по возвращении домой.
— Интересно… — протянул Драко, явно впечатленный моими словами.
Мне говорить больше не хотелось, как-то настроение упало. Одевшись и собравшись, мы ориентируясь на старших, сами обнаружили туалетные комнаты (душевые оказались рядом, на первом подвальном помещении под нашей башней). По возращении в гостиную нас перехватил староста Уизли, раздав расписания. Взяв сумки с учебниками, мы вместе девчонками нашего курса отправились вслед за старостой в Большой Зал на завтрак. Гермиона радостно поздоровалась с нами и за столом в Зале села с нами, подальше от девчонок-первочков, неприязненно поглядывая на них.
Поссорилась, что ли?
Впрочем, проблемы Гермионы меня не волновали сейчас. Передо мной была ЕДА!! Живот просто крутило от голода. Эх, пузо мое, пузо! Я поспешно схватил золотистый тост, пододвинув к себе тарелку с овсянкой. Проглотил в один присест кашу, вприкуску с тостами. На глаза попались булочки с изюмом — приговорил три. Глотанул сока — тыквенный! Гадость! — и только тут очухался. Гермиона смотрела на меня в полном шоке.
— Что? — довольно грубо спросил я.
Драко, уныло медитирующий над нетронутой овсянкой, рассеяно одарил нас взглядом и опять уставился в тарелку. Вид у него был подавленный… и его будто тошнило. Чего это с ним?
Гермиона смущенно кашлянула.
— Прости… ты такой голодный?
Очень хотелось послать в ответ, но вид у нее был такой сконфуженный, что я не нашел в себе злости. Да и Невилл вопросительно смотрел на меня. Не зная, что сказать, я обратил внимание, что в зале очень многие смотрели на стол слизерина и как-то бурно перешептывались.
— Что случилось? — вместо этого спросил я. — Куда они все пялятся?
— А ты не знаешь? — хмыкнул, отмерев Драко. — На Поттера. Он же герой.
Я обалдел.
— Когда он успел героем стать?! — возмутился я. — С чего это он герой?
— Ты шутишь? — поинтересовался сбоку мальчишка. Дин Томас, кажется? — Он победил Сам-Знаешь-Кого! Самого сильного темного мага столетия! И выжил.
— Это когда? — с сомнением спросил я.
— Ну, ты даешь! Совсем темный! — хмыкнул мулат.
— А в глаз? — зло нахохлился я.
Надо мной сжалилась Гермиона, начав объяснять.
— Я читала об этом, — начала объяснять она жутко учительским тоном. Любят девчонки воображать! — В ночь Хэллуина темный маг, Сам-Знаешь-Кто, появился в Годриковой Лощине. Он убил многих волшебников, что мешали ему. В ту ночь, он убил Лили и Джеймса Поттеров, а затем попытался убить их сына — Гарри. Никто не выживал после смертельного проклятья авады кедавры, но Гарри Поттер выжил и с тех пор его зовут среди магов Мальчик-Который-Выжил.