Ныне среди существенных и объективных условий, которые призван гарантировать закон во имя блага отдельных личностей и общего блага (гарантии конституционности и законности), несомненно, должны найти место два следующих объективных условия:
1.Закон должен защищать жизнь всех, особенно самых беззащитных и невинных. Если закон не обеспечивает выполнения этого условия, защищающего жизнь, он перестает быть законом и становится преступлением, и тогда следует бороться с ним всеми законными методами, причем все должны участвовать в этом и от имени тех, кто не может защищать себя сам.
2.Закон не может никому предписывать отнимать жизнь у другого, за исключением лишь оправданной обороны против наглого агрессора; еще в меньшей степени он может требовать от врача использования его профессии ради убийства, ибо врача, в силу самой его профессии, нельзя просить об этом [290].
Апелляция к так называемому «меньшему злу» — выражению, достаточно двусмысленному уже самому по себе, — не может быть применена к этим двум предыдущим случаям, потому что нет большего зла, чем отнятие жизни [291].
На основании того, что было сказано выше, среди различных форм протеста и отказа по требованию совести (например, от военной службы), та, которая касается врачей и связана с абортом, совершенно однозначно должна рассматриваться как законная и необходимая: как человек, врач не может совершать действия (или соучаствовать в нем прямым образом), направленного на уничтожение жизни человеческого индивидуума, пусть даже находящегося еще в стадии развития; как врач, он в силу своей профессии и профессиональной этики призван к сохранению и поддержанию жизни, и необходимо уважать его независимость [292].
«Непризнание права на жизнь, поскольку оно ведет к уничтожению личности, ради служения которой и существует общество, самым непосредственным и непоправимым образом противоречит возможности осуществления общего блага. Отсюда следует, что, когда гражданский закон допускает аборт или эвтаназию, он тем самым перестает быть истинно гражданским, нравственно обязательным законом… Законы такого типа не только не являются обязательными для совести, но скорее порождают серьезную и настоятельную обязанность противостоять им посредством отказа исполнять их по требованию совести». [293] Такой отказ по требованию совести должен рассматриваться как долг со стороны того, кто в качестве врача, медицинского работника, лица, ответственного за больницы, лечебные учреждения, поликлиники, может оказаться в обстоятельствах, когда он должен принимать участие в операции по искусственному прерыванию беременности. То же самое относится и к аптекарям, коль скоро, как мы увидим, большая часть противозачаточных средств, имеющихся в аптеках, действуют как абортивные средства [294].
Кроме того, Иоанн Павел II в энциклике «Evangelium Vitae» вводит еще один новый элемент, распространяя право–долг неучастия в дурных действиях также и на членов парламента, работающих в законодательной области [295], или, вернее, на то, как они должны вести себя по отношению к законам, которые не уважают права на жизнь того, кто еще только должен появиться на свет. Речь идет о ситуации, которая сегодня становится все более частой либо потому, что во многих странах вновь начинают обсуждаться уже существующие законы, допускающие аборты [296], либо из–за нередких столкновений во время парламентских заседаний, посвященных спорным законам. Центральная проблема заключается в том, можно ли отдать свой голос в защиту закона, который, даже и при всех поправках, все же допускает аборт. «В гипотетическом случае, — отвечает Иоанн Павел II, в п.73 энциклики «Evangelium Vitae», — когда невозможно предотвратить принятие закона, допускающего аборты или полностью отменить его, парламентарий, чья личная позиция полного неприятия абортов ясна и известна всем, мог бы законным образом оказать свою поддержку предложениям, направленным на ограничение вреда от подобного закона и уменьшение его отрицательных последствий в области культуры и общественной морали. Поступая таким образом, он не вступает на путь недопустимого сотрудничества с несправедливым законом, а скорее законным и необходимым образом пытается ограничить его преступные последствия». Две вещи должны быть ясными при выполнении законодателем этого долга: что действительно существует возможность достижения лучшего и что при этом декларируется позиция полного собственного неприятия абортов.
290
См. всю третью часть инструкции Конгрегации по вероучению (Istruzione della Congregazione Per la Dottrina della Fede), начиная с подзаголовка Morale e legge civile.
291
C. Caffarra, Aborto e obiezione di coscienza, «Medicina e Morale», 1977, S, с. 101 — 109; E. Sgreccia,La obiezione di coscienza e le implicazioni nella prassi assistenziale e nei consultori familiari, «Anime eCopri», 1978, 77, с. 295 — 315; B. Honings, Doveri e responsabilita degli operatori sanitari alla lucedell'enciclica Evangelium Vitae, в Sgreccia — Sacchini, Evangelium Vitae e bioetica. Un approccio interdisciplinare, с. 125–146.
292
Следует, однако, подчеркнуть, что обязанность всегда сохранять и поддерживать человеческую жизнь не принята полностью во внимание в новом Итальянском кодексе врачебной этики, утвержденном Национальной федерацией хирургов и стоматологов (FNOMCeO) в 1995 году, который, осуждая нелегальный аборт (так, по крайней мере, можно прочитать между строк), допускает искусственное прерывание беременности, как это предусматривается законом 194/ 1978. Вот как читается статья 40:
«Всякое действие, направленное на прерывание беременности, помимо случаев, предусматриваемых законом, представляет собой серьезнейшее нарушение профессиональной этики, в особенности, когда оно совершается в корыстных целях.
Там, где не существует непосредственной опасности для жизни женщины, или же в случае такой опасности, если врач не может быть заменен кем–то другим, он, руководствуясь требованиями совести, может отказаться производить искусственное прерывание беременности».
293
Иоанн Павел II, Encìclica Evangelium Vitae, nn.72–73. «Хартия медицинских работников», недавний документ Папского Совета по пастырской работе среди медицинских работников, воспроизводит это утверждение, подчеркивая, что «врачи и фельдшеры обязаны следовать требованиям совести» (Папский Совет по пастырской работе среди медицинских работников, Хартия медицинских работников, 143, Град Ватикан, 1995).
296
Ha эту тему ср.: Eusebi, Tutela giuridica dell'embrione…;M. L. Di Pietro — M. B. Fisso, La tutela dell 'embrione umano in Germania. Dalla legge del 1990 alla Sentenza della Corte Costituzionale del 28 maggio 1993, «Vitae Pensiero», 1994, 4, c. 269–283; C. Casini, Prospettive di riforma dell'attuale legislazione sull'aborto. Б dibattito italiano ed europeo, «La Speranza», 1995. gennaio (suppl.); Eusebì, Corresponsabilita verso le scelte..