Параллельно шли интенсивные консультации с командованием Северного флота. Там готовы были снова использовать ударные группы из состава 36-го минно-торпедного авиаполка и 121-го БАП[145] – провести превентивною атаку на британские корабли. Вот только командование ВВС флота не менее остро нуждалось в информации: послать эскадрильи без разведки, со всеми шансами встретить над целями палубные истребители противника – «бостонам» и «петляковым» потребуется свой истребительный эскорт, а завяжись встречный бой, что вероятно, у «киттихауков» и «аэрокобр» будет совсем небольшой резерв по времени… – топливо.
Неожиданно вызвался Митиков, предложивший:
– Полетим с двумя палубными «яками». Будет перехват – они отвлекут на себя внимание и пусть уходят. Вряд ли за ними далеко погонятся. А я на большой скорости, не рискуя быть перехваченным, проскочу.
…И отвечая на возражения:
– Да, Як-39 при исключительно вертикальном взлёте сожрёт горючки, но и лететь не на пределе радиуса действия. Без лишней боевой нагрузки уложусь с лихвой. Посмотрю и мигом обратно. Большего ведь и не надо.
Скопин сомневался. Лётчик гнул своё:
– Я не собираюсь подставляться, скорость в тысячу над эскадрой англов исключает оперативность реакции зенитных директоров, как и глазомеров пилотов истребителей.
…Чуть ли не взмолившись:
– Товарищ капитан 1-го ранга, все воюют, что-то, но делают, а я будто в тылу отсиживаюсь. В конце концов, мы продемонстрировали в действии всё, даже ядерный эквивалент, всё, кроме реактивного самолёта. Товарищи нас не поймут.
Последний аргумент, конечно, был маленькой провокацией, вызвав у кэпа лишь кислую мину. Однако склонный больше к действию, чем к выжиданию, командир всё же даст добро. Он просто не видел других решений. Быстрых.
Он всё же попрётся на полётку, можно сказать, занудства ради – не сдержался прокапать в напутствие мозги Митикову, чтобы тот был осторожней с ценной матчастью в единственном экземпляре.
Об установке на самолёт фотоаппаратуры речи не шло, её попросту не было в авиационном комплекте БЧ‐6. Лётчику просто сунули в руку хороший морской бинокль.
Як-39 уже стоял на площадке со спецпокрытием, тут всё шло, как полагается: проверка систем техниками, проверка пилотом, убрали лесенку, фонарь захлопнут, кивающая голова в кокпите и жест рукой – всё в порядке, готов. Крейсер держит курс на правильный ветер. Отмашка – добро. А уж свисту и рёву на вертикальном взлёте, резво переходящем в горизонталь – мама не горюй.
В ушах ещё звенело…
– А это что? – командир ткнул рукой в сторону стоящего ближе к надстройке вертолёта.
– Борт, доставивший экипаж с аварийной «сорок четвёртой», – подсуетился начальник ТЭЧ[146].
– Я догадался. Вот это что? – возле вертолётного шасси прямо на палубе сидел мокрый, явно только что из воды лётчик. Явно не местный, явно не советский и явно до сих пор пребывающий под впечатлением от вертикального реактивного взлёта.
– Почему он здесь?
– Экипажу «сорок четвёртого» срочно требовалось в медпункт. А на борту уже был поднятый из воды пассажир-англичанин.
– Что ж, можете ставить ему на лбу крестик. Он видел то, что не должен, и теперь в лучшем случае сгниёт в одиночке на Лубянке. А скорее всего вы обрекли его на…
«На смерть» недосказал…
Подошёл особист, разводя руками, мол: меня только известили.
– Нет, ну вы поглядите, – выплёскивал кэп, – в прошлый раз возились то с пленной немчурой, то наоборот – с английскими летунами-лишенцами. И вот опять… ети его мать! Ещё и вертушку потеряли! С-сука! Что, товарищ полковник, хотите сказать, подвёл гуманизм?
– Я промолчал как раз таки.
При всей кажущейся спонтанности этого разведывательного рейда, к делу подошли организованно. Сопровождение и освещение воздушной обстановки на маршруте обеспечивала РЛС «Восход», управление, соответственно, перешло на командный пункт «Кондора», поддерживающего постоянно открытые каналы связи не только с Митиковым, но и с другими пилотами.
Взбираясь курсом на три тысячи, «яки» разных поколений организовались по скоростям – кому крейсерская, кому к максимальной. Их вроде как взялись сопровождать парой «Аэрокобр», вопрос – до какого предела?
Так ли рисовал себе выполнение задачи сам Митиков, но всё получилось более чем чётко. Как и ожидали, англичане что-то засекли на своих радарах, выслав воздушный патруль – встретить. Их тут же увидели операторы РЛС «Восход», предупредив. Як-39 увеличил скорость почти вдвое, уходя в отрыв, оставив поршневые истребители позади: четыре советских на четыре же британских завязались на виражах.