– Ходовая, КП-ЗОС[128] – БИЦ! Цели воздушные, малоразмерные, пеленг 255, дистанция 150, курсовой параметр в пределах допустимого. Ориентировочное время до входа в зону поражения 25 минут.
– Номер один, принято! Сопровождаю!
– Номер два, целеуказание принято! Сопровождаю!
– Ракеты на ПУ, – визуально проконтролировав, подтвердил дежурный.
Здесь, в ГКП, отбивались репитеры, шёл нудный голосовой отчёт убывающей дистанции. В отсутствии наведённых помех задача упрощалась, нереактивная скорость современной авиации оставляла осязаемые люфты реагирования. Скопин обратил внимание, народ уже настолько втянулся стрелять по-боевому, что совсем не воспринимает эти приближающиеся приблизительно пятьдесят единиц как нечто существенное, летящее с самыми серьёзными побуждениями их убивать. Голоса операторов, офицеров и старшин утратили остроту ситуации, в озвучке даже какая-то мерность появилась.
– Работа самолётных РЛС, – лаконично донесли с поста РТР, указав пеленги.
– Всё как на войне, – сгримасничал кэп. Ему хотелось гаркнуть на всех, чтобы поднять градус внимания.
– Дофига их?
Оглянулся – командир БЧ-1. Поздоровался кивком:
– Дофига, Алексей Иванович. Замаемся ЗУРами выкашивать. Откуда взялись, не знаю. Левченко бесится, но я жениться не обещал, кончились наши краплёные карты. Да и мало ли где обитают здесь те или иные корабли англосаксов, которые, вполне возможно, остались за кадром стратегии Анисимова.
– …неучтёнными, – с пониманием вставил штурман, не нуждаясь в особых разъяснениях.
– Во-во, тем более… – хотел ещё что-то, но прервали очередным докладом с поста освещения надводной и воздушной обстановки.
В естественной кривизне Земли за дальностью РЛС «Восход» выхватила ещё одну группу самолётов, идущих на сравнительно небольшой высоте.
Скопин ещё раз уточнил в БИЦе дистанцию, с каждой минутой противник неуклонно сокращал расстояние, скоро рубеж открытия огня.
Снова ему квакало жабой – тратить ракеты. И не только. Решая для себя некую альтернативу, в голове быстро сформировалась подвижная картинка очевидных сценариев, пробормотав:
– Походу, без шума и пыли, фразеологизмом от Лёлика[129] не получится.
Наконец, определившись, выдал:
– Привести в готовность комплекс «Вихрь». Стрельба по воздушным целям. Провести предварительный расчёт целеуказания по данным РЛС!
Тут же срочно вызвал на КП старлея, спеца-головастика[130] из РТБ, вручив тому свой ядерный шифр-замок. Повторил приказ явившемуся вслед замполиту.
– Быстро! По упрощённой схеме! Боеголовка штатная, «десятка». Что-то хотите сказать, старший лейтенант?
– Товарищ командир, «Вихрь»? Для ПВО? Фактически выйдем за пределы спецификации комплекса…
– Согласен, коротковата кольчужка у РПК[131] в соотношении дальность-высота. Но как опция против самолётов это сработает – удачным прилётом скинуть какую-то часть британских авиаторов с неба.
– Ядерную головку можно поставить и на ЗУР В-611 комплекса «Шторм».
– Унификация предусматривается?
– Изначально 5-килотонный.
– Вы это уже делали?
– Никак нет.
Каперанг изобразил что-то типа «ну вот» и заторопил:
– Всё равно не успеваем. Время. Идите исполнять.
Оба офицера умчались в ракетный погреб снять фиксацию с подачи ракет на пусковую.
А ситуация лишь нагнеталась. По истечении следующих пяти минут радиогоризонт окончательно открыл завесу. В БИЦ в пункте управления наблюдением на выносном индикаторе РЛС из ряби помех, создаваемых кучевыми облаками и морскими волнами, стали проступать фрагменты отметок ещё одной группы самолётов.
– Множественные цели, до трёх десятков, низколетящие, – повторил за докладом штурман, по губам было видно – чертыхнулся. – Специально держались на бреющем, чтобы мы их позже обнаружили?
И сглотнув, точно ком:
– Если просчитать позиционную ситуацию, возможно, мы справимся и без спецсредства. Согласно плану…
– С каких это пор у нас всё согласно плану? Некогда просчитывать. Экстренная ситуация обязывает на экстренные меры. Работаем по схеме воздушного подрыва. Атака целей в высотной траектории полёта ракеты.
– Ракета подана на ПУ, – известил дежурный на визуальном контроле.
Эскадра перестраивалась из походного в боевой порядок, меняя курс к северным румбам, в интересах «Чапаева» – ветер. Вместе с тем и «Кондор» открывал оптимальный сектор расположенным в носу ракетным батареям.
Установка комплекса «Вихрь» задвигалась, выставляясь по азимуту и углу места в направлении атаки. Надо было принять во внимание баллистику стрельбы РПК с максимальной, а правильнее – с оптимальной дистанцией удара, где было очень важно, на какой высоте летят самолёты противника. Данные с РЛС поступали в вычислительную машину, обеспечивающую обработку информации целеуказания, определялся оптимальный алгоритм поражения с учётом расчётного упреждения скорости приближающихся воздушных целей.
130
«Головастиками» (