– Дистанция 55, – напомнили с поста РЛС. Ожидая от командира – почему нет команды для расчётов ЗРК?
А командир молчал. Неправильно, конечно. Те самолёты, что сейчас ползли на эшелон, уже можно было отстреливать зенитными ракетами «Шторма», но…
«Чёртова жаба», – Геннадьич надеялся, что устроенный в воздухе локальный ядерный апокалипсис и без того сорвёт вражеский налёт, если кого и не прихлопнет поражающими факторами, то по-хорошему деморализует всю организацию атаки.
Тем более англичане подыграли…
Набиравшие эшелон самолёты первой волны, очевидно, истребители и пикировщики, неизбежно разменивали высоту на скорость. Второй волной низколетящие, скорее всего, торпедоносцы их догоняли. Всё это должно было привести к удачному накрытию большего числа единиц одним ударом. Спец-БЧ зенитного назначения – из заведомо штатных, и рассчитывались против групп самолётов, идущих в плотном строю. В формулярах по применению заявлялось о гарантированном уничтожении воздушных целей в радиусе километра.
Для их ситуации минус – растянутость британских построений по фронту. А из тех же формуляров при пусках «Вихря» на предельную дистанцию допускалось заметное отклонение ракеты. Однако подрыв им производить не на максимальной дальности, а в высотной точке баллистической траектории.
– Бьём в район скопления. Установить и рассчитать километровую высоту подрыва. Должно зацепить и низколетящих, и верхних.
– Товарищ командир, флагман на связи, спрашивают, почему мы не стреляем ЗУРами?
– Ах, ты-ы-ы, – спохватился каперанг, – надо ж было предупредить. Вспышка!
Цапнул гарнитуру радиостанции:
– Товарищ вице-адмирал? Экстренно. У нас есть сверхбомба с радиусом воздушного накрытия под полтора километра. Примéним. Дистанция поражения по дальности, правда, будет в пределах двадцати километров. В связи с этим есть опасность попасть под интенсивное световое излучение, способное вызвать временное ослепление, в худшем случае выжечь сетчатку глаз.
– Это серьёзно? – Левченко не стал задавать всяких наводящих вопросов про саму «ничего себе бомбу».
– Вполне! Взрывом с эквивалентом в тротиле под 10 килотонн города сжигают. Ярче, чем смотреть на солнце, в несколько раз! У нас для этого есть специальные защитные очки. Вам же… предупредить всех своих, лучше в сторону взрыва не смотреть. Донести до командных постов всех кораблей, долой всех с мостиков, сигнальщиков, с лётной палубы «Чапаева» – всех вниз. Вспышка продлится не более трёх секунд.
Там, на флагманском линкоре адмирал повернулся к начальнику штаба:
– Десять килотонн? – цифра не укладывалась в голове. – В пределах двадцати километров? Через несколько минут противник будет уже в зоне соприкосновения. Успеют? Дайте мне Осадченко, следует задержать вылет.
Командир авиагруппы на «Чапаеве» протестовал. Слишком уж близко придётся принять бой истребителям.
Никто его сейчас не слушал. Все прекрасно понимали – тем, что есть из боеспособного, адекватный истребительный заслон не создать.
Сейчас…
С флагмана, затем с «Кондора» по внутриэскадренной связи прошло предупреждение, транслировали обратный отсчёт, время летело вместе с самолётами противника. Уже было ясно – об этом говорило количество фиксируемых меток на экранах РЛС – против них выступило две полноценные авиагруппы, не меньше[132].
– Дистанция поражения 18 км, подрыв воздушный! Высота подрыва 500 метров. Внимание. Приготовиться к вспышке! Надеть защитные очки.
– ЭМИ? – показал свою сомнительную осведомлённость уже вернувшийся замполит.
– Какое там к бесам ЭМИ на восемнадцати кэмэ, – отмахнулся кэп, принимая у старшего лейтенанта назад шифр-ключ.
Команду на пуск отдавал командир дивизиона.
Десять килотонн, уместившихся в двухтонной, шестиметровой… сход с направляющих, разгоняя твёрдотопливную на начальной до 600 м/с… отправляя в неуправляемый… по баллистической траектории. Взбирающийся по касательной шлейф…
– Время подрыва через тридцать секунд! Время продолжительности вспышки не более трёх секунд!
Последние слова ещё раз были переданы в эфире специально для слушающих радиотрансляцию на флагманском КП, так и для других кораблей эскадры.
132
За минусом технических (небоевых) потерь в это утро в атаке участвовало: 63 «Эвенджера», сбалансированно распределённых на торпедоносцы, и бомбардировщики, к которым приписали и две «Барракуды» с 1600-фунтовыми бомбами; истребительный эскорт формировало 24 «Уайлдкета», пара «Файрфлаев» и пять «Корсаров». Последние всё же были нагружены в качестве ударных бомбами. Итого, если брать в счёт и два «Суордфиша», общим составом сборных эскадрилий в этом налёте британцы выставили 98 самолётов.