Житин кашлянул, извиняющимся взглядом посмотрел на императора, и налил себе в стакан минералки из бутылки, стоявшей посреди стола.
Голос его после пары глотков воды окреп:
— Слухи поползли в долину. Видимо, аномалия настолько впечатлила свидетелей, что они не смогли умолчать. Гиссар, как известно, стоит на Шелковом пути, и многочисленные купеческие караваны разносят каждую интересную весть в разные стороны. Так она достигла ушей Абдул Хотака. И боюсь, не только его. В регионе активничает британская разведка.
— Полагаете, Самуил Петрович, что вождь клана хочет первым найти эту аномалию?
— Я уверен в этом, — кивнул Житин, и одновременно с ним — Пронский. — Для Абдул Хотака данный магический ресурс станет еще большим подспорьем в борьбе за укрепление династии и подчинении тех племен, которые еще не склонились под его властью.
— То есть, налицо обострение конфликта?
— Так точно, Ваше Величество, — откликнулся Пронский. — А мы знаем, что активизация боевых действий между афганскими племенами грозит дестабилизацией обстановки на землях протекторатов. Придется увеличивать контингент войск, проводить мобилизацию волхвов и специалистов различных структур, умеющих работать за «ниткой».
На жаргоне разведки «ниткой» называли границу, и Александр был прекрасно осведомлен об этих тонкостях.
— Что нас должно волновать в первую очередь? Открытие портала или активизация эмиссаров Хотака вкупе с британцами?
— Одно вытекает из другого, государь, — Житин снова отхлебнул водички. — В первую очередь нам предстоит выяснить, что за аномалия появилась в горах, какого она свойства? Не связана ли она как-то с событиями, в которых активно участвовал барон Назаров?
— Точка выхода в Нижнем Новгороде пассивна, — осведомленность Меньшикова была поразительной. Никто не подозревал, насколько плотно он держал под контролем ситуацию с порталом. Даже контрразведчики Житина не смогли вскрыть конспиративную группу «безопасников», денно и нощно крутившихся возле «спящей» аномалии, хотя сами плотно контролировали район с помощью разнообразной аппаратуры. — Так с чего вдруг им вздумалось открывать в горном пустынном районе еще один портал?
— Порталы нужно привязывать жестко к определенному месту, — заявил Пронский. — Иначе получится блуждающий тоннель. Шагнул в Москве — оказался на вершине какой-нибудь заснеженной горы. У меня версия, что Врата нестабильны, кто-то пробивает их с изнанки наобум. Может, открылась еще одна Явь? Нам необходимо взять под контроль аномалию. Неизвестно, что придет в голову Абдул Хотаку, если он первым встретит пришельцев. Вдруг это высокотехнологичная цивилизация, и афганский дикарь захочет воспользоваться помощью чужаков?
— Если Абдул Хотак думает так же, мы неизбежно с ним столкнемся, — напомнил император.
— Конечно, Ваше Величество, мы прогнозируем именно такой исход, — честно ответил Пронский. — Сейчас в Дюшамбе[2] стоит наш гарнизон численностью в полторы тысячи человек, действующий в тесном контакте с местной полицией. В Гиссаре наших войск нету, но можно организовать экспедицию, привлечь казаков. На перевалах и в долине поставить хорошо вооруженные блокпосты.
— Мы оголим город, — предупредил Меньшиков и глубоко задумался. — А для переброски дополнительного контингента понадобятся транспортные самолеты. Где у нас ближайший к Дюшамбе аэродром подскока?
— Бухара и Самарканд, — тотчас же ответил начальник генштаба.
— Организуйте два коридора, Юрий Яковлевич, — приказал император, решившись. — К вечеру жду от вас план мероприятий со всеми расчетами. Надо привлекать волхвов. Рассчитайте их количество исходя из задач операции.
— Есть!
— Для изучения портала нужно обязательно привлечь сотрудников Академии Иерархов, иначе нам не простят подобного игнорирования, и в будущем мы не досчитаемся в армии талантливых волхвов, — усмехнулся Житин. — А в экспедицию подобного уровня обычно выделяют до десятка боевых магов. Так, Юрий Яковлевич?
2
В нашей реальности — Душанбе. Город образован из кишлака Дюшамбе, называвшийся ранее Дюшамбе-Бозор, «базар по понедельникам». До 1929 года он так официально и назывался по-русски: Дюшамбе