Наконец рота «D» развернулась в восточном направлении для захвата передового склона кряжа[549]. Чондлер заволновался, услышав, что подразделения Шотландских гвардейцев столкнулись с заметными трудностями на Тамблдауне — с рассветом парашютисты рисковали оказаться опасно открытыми, если противник будет по-прежнему удерживать господствующую над их позициями гору. Однако за несколько минут до наступления светлого времени суток командир парашютистов узнал о выполнении гвардейцами задачи. На своих позициях на кряже, среди брошенного аргентинцами оружия и военного снаряжения, грязные, обросшие и небритые, но ликующие парни 2-го парашютного принялись заваривать чай и устраиваться поудобнее на отдых настолько, насколько позволяли вихри мокрого снега. При царившем у них тогда настроении они — прикажи им кто-то — пешком бы отправились в Лондон. «Ну что, теперь только чуток подналечь — один бросок и все, а?» — произнес кто-то из унтер-офицеров роты «А». Когда Макс Хейстингз отстукивал на машинке депешу, прячась под дрожащим на ветру пончо среди торфяника посреди позиции роты «А», нахрапистый девятнадцатилетний рядовой по имени Берни Бернард засунул голову под пончо и потребовал сигару, в которой, как считал, никакой корреспондент не мог бы набраться наглости отказать ему. Бернард пошарил в трещине среди камней. «Если уж я смог найти дорогу сюда ночью и пройти через Гуз-Грин, я найду и сигару среди скал, — с усмешкой проговорил он. — Давай, делай свое дело. Расскажи им, какие парни сумели сделать все это». Все до единого парашютисты с гордой уверенностью считали, что только бойцы их полка смогли бы явиться сюда, прошагав весь путь от Сан-Карлоса до Уайрлесс-Риджа.
И тут неожиданно по рации сообщили: «Арджи драпают — бегут повсюду». Бойцы громкими выкриками передавали эту новость друг другу, навьючивая на себя снаряжение, и вот за пять минут роты снова изготовились к броску. По всей линии британского фронта офицеры и солдаты в радостном удивлении наблюдали в бинокли поразительный спектакль: аргентинские солдаты улепетывали по склонам холмов в направлении к Стэнли. Бригадир Тони Уилсон, стоя на горе Харриет, повернулся к старшему артиллеристу: «Черти меня задери! Их оборона треснула».
В первых проблесках рассвета внимание солдат роты «D» из 2-го парашютного батальона привлекли бывшие казармы Королевской морской пехоты в Муди-Бруке, отчасти разрушенные артиллерией и бомбами. За ними, всего в трех милях (4,8 км) к востоку, за водной гладью бухты, виднелись крыши домов Порт-Стэнли. Аргентинская артиллерия продолжала хаотичные обстрелы, и снаряды ее ложились между позициями 2-го и 3-го парашютных батальонов. Неожиданно бойцы роты «D» заметили приближение поднимавшегося вверх по склону отряда из сорока неприятельских парашютистов. Аргентинцы развернули первую и единственную за всю войну контратаку. На какой-то момент британские парашютисты заволновались, поскольку боеприпасов у них почти совсем не осталось. Они в темпе примыкали штыки к винтовкам и готовили к бою гранаты, в то время как артиллерийский офицер-наблюдатель на передовом посту вызывал огневую поддержку[550]. Аргентинцам хватило нескольких минут хорошего обстрела. Они поспешили повернуть и рассеяться в долине, догоняя других, спешащих в восточном направлении[551]. Дэйвид Чондлер поначалу очень забеспокоился из-за контратаки. Убедившись в невозможности связаться по рации с Филом Нимом, командиром роты, комбат отправился вперед, чтобы оценить ситуацию самому. Как только Чондлер увидел происходящее внизу — подступы к Стэнли были открыты, приходи и бери, — он связался с Джулианом Томпсоном. Командир бригады приказал Чондлеру ничего не предпринимать до своего прибытия. Когда Томпсон высадился с вертолета за линией хребта, он с изрядным беспокойством воззрился на Чондлера, беззаботно стоявшего полностью видимым на линии горизонта, и в спешке потянул его обратно в безопасное место. «Все в порядке, Джулиан, — весело отозвался парашютист. — Все кончено». Через несколько минут Томпсон дал добро на немедленное выступление батальона Чондлера. Учитывая прошедшее время, существовал, конечно, риск возможной перегруппировки противника. На кряже над Муди-Бруком подполковник наскоро провел летучку группы «О». Он приказал роте «В» наступать и закрепиться на склонах горы впереди перед ними, легким танкам из взвода «Блюз-энд-Ройялс» предстояло служить средством огневой поддержки с занимаемых ими позиций, а роте «А» Дэра Фаррар-Хокли — со всей возможной поспешностью продвигаться к Порт-Стэнли.
549
После взятия холма «Раф Дайэмонд» и высоты, занимаемой аргентинским разведывательным взводом, рота «D» направилась ко второму объекту своего наступления — позиции «Блюберри Пай» на основном гребне Уайрлесс-Риджа. Между тем роты «А» и «В» при огневой поддержке артиллерии, а также «Скорпионов» и «Симитаров» бронекавалерийского взвода лейтенанта лорда Иннес-Кера (3-ro взвода полка «Блюз-энд-Ройялс») преодолели упорное сопротивление роты первого лейтенанта Кальво и овладели позицией «Эппл-Пай», тогда как «Позиция Икс» была брошена аргентинским взводом без боя (в 22.45 ее заняла патрульная рота «С» майора Роджера Дженнера, которая покинула стартовую линию атаки и продвинулась на юг через боевые порядки стрелковой роты «А»). В то время как рота «D» майора Нима, начав третью фазу атаки, продвигалась с запада на восток по кряжу Уайрлесс-Ридж, остальные роты парашютного батальона Чондлера и боевые разведывательные машины взвода «Блюз-энд-Ройялс» поддерживали ее огнем с высоты «Эппл-Пай». —
550
Насчет участия в описанном здесь эпизоде аргентинских парашютистов авторы снова ошиблись. Следует отметить, что фактически в ходе боя при Уайрлесс-Ридже аргентинцы предприняли против роты «D» британского 2-го парашютного батальона не одну, а две контратаки. Первую из них, согласно плану бригадного генерала Оскара Л. Хофре, должен был организовать майор Гильермо Р. Берасай силами роты «А» 3-го пехотного полка, 10-го разведывательного бронекавалерийского эскадрона, а также роты «В» 25-го пехотного полка, вызванной из аэропорта Порт-Стэнли. Для огневой поддержки этой контратаки привлекался 4-й воздушно-десантный артиллерийский дивизион. Однако когда майор Берасай прибыл к разрушенным казармам в Муди-Бруке, он нашел там лишь около 70 кавалеристов из взводов Бертолини и Харрингтона, которые отступили с западных склонов Уайрлесс-Риджа, подавленные огневой мощью британских войск (оба взвода 10-го бронекавалерийского эскадрона потеряли 6 чел. убитыми и около 50 ранеными, причем значительную часть урона им причинили пушки «Скорпионов» и «Симитаров» 3-го взвода полка «Блюз-энд-Ройялс). Так и не дождавшись роты 25-го пехотного полка, двигавшейся пешим ходом от аэропорта, Берасай послал в контратаку только два стрелковых взвода роты «А» 3-го пехотного полка — 1-й взвод лейтенанта Виктора Уго Родригес-Переса и 2-й взвод суб-лейтенанта Хавьера Аристеги. Бой этих подразделений с британской ротой «D» продолжался довольно долго. Так, например, взвод Родригес-Переса в течение двух часов сражался у линии телеграфных столбов против парашютистов 12-го взвода, которым после гибели лейтенанта Джеймса Энтони Барри при Гуз-Грине командовал лейтенант Джонатан Дэйвид Пейдж. В конце концов аргентинский взвод отступил, потеряв трех бойцов убитыми и четырех ранеными. Второй взвод аргентинской роты «А» 3-го пехотного полка тоже был вынужден отойти, а его командир, лейтенант Аристеги, получил тяжелое ранение. Кроме него, в ходе противостояния на Уайрлесс-Ридже были ранены шесть офицеров 7-го пехотного полка — капитан Карлос Эмилио Феррейра (оперативный офицер полкового штаба), первые лейтенанты Хорхе Рикардо Кальво (командир роты «А»), Уго Альфредо Гарсия (командир роты «С») и Орасио Антонио Эстрада (командир минометного взвода), лейтенанты Хорхе Альберто Гидобоно (командир взвода управления) и Франсиско Рамон Галиндес-Матиньенсо (командир разведывательного взвода), а также один офицер 3-го артиллерийского дивизиона — майор Эмилио Гильермо Нанни, приданный 7-му пехотному полку в качестве передового наблюдателя-корректировщика огня артиллерии. Вторая контратака, о которой, по-видимому, и упоминают авторы данной книги, была проведена аргентинцами несколько позже, уже после того как около 4.30 утра 14 июня подполковник Омар Хименес понял, что его 7-й пехотный полк разбит. Ее организовал заместитель Хименеса, майор Каррисо-Сальвадорес, по собственной инициативе решивший помочь пехотинцам майора Берасая. С помощью армейского капеллана отца Фернандеса он собрал вблизи церкви города Порт-Стэнли около взвода солдат. Раздав этим бойцам новые магазины с патронами, Каррисо-Сальвадорес лично повел их в бой с пением «Мальвинского марша». Они двинулись от Муди-Брука к центру Уайрлесс-Риджа и, начав подниматься вверх по склонам кряжа, вначале даже вызвали тревогу среди британских парашютистов майора Нима, у которых к тому моменту боеприпасы были на исходе. —
551
Майор Каррисо-Сальвадорес отвел свой отряд к мосту через ручей Фелтон-Стрим, где присоединился к подполковнику Хименесу, устроившему вокруг моста оборонительную позицию. Неудачный исход двух контратак, организованных аргентинцами, вынудил последних признать свое поражение. Борьба за Уайрлесс-Ридж завершилась к 7 часам утра 14 июня, когда генерал Хофре неохотно разрешил майору Берасаю оставить его позицию у казарм в Муди-Бруке. Большинство солдат потрепанного 7-го пехотного полка собрались на ипподроме в Порт-Стэнли, где их посетил генерал Менендес. В двух боях, проведенных этим полком на Восточном Фолкленде — при Лонгдоне и Уайрлесс-Ридже — он потерял, без учета нераненых пленных, 188 чел. (36 убитыми и 152 ранеными), притом что изначальная его численность составляла 827 чел. Из 26 офицеров полка один погиб и семь были ранены, а из 131 унтер-офицера — 2 убиты и 20 ранены. Что касается общих потерь аргентинской стороны при Уайрлесс-Ридже, то из примерно 500 бойцов, сражавшихся там в ночь с 13 на 14 июня, 25 погибли (в том числе 15 из 7-го пехотного полка, 6 из 10-го разведывательного бронекавалерийского эскадрона и 4 из роты «А» 3-го пехотного полка), 125 получили ранения и 37 попали в плен. Урон, понесенный в том бою британцами, оказался куда менее чувствительным: 2-й батальон Парашютного полка, насчитывавший перед атакой около 600 чел., потерял только двух парашютистов убитыми и 11 ранеными. —