Каждый день по мере того, как флот миля за милей шел на юг, постоянно слушая новости о спотыкающемся о камни процессе дипломатии по «Всемирной службе», команды тренировались до изнеможения, в сотый раз проверяя снаряжение и особенно упирая на подготовку к борьбе за живучесть корабля. На большинство матросов, молодых людей, отрезвляющим образом действовала не склонная к улыбкам рутина шестичасовых вахт после шестичасового отдыха, заполнения формуляров с текстами завещаний и страховых контрактов, надевания противогазов и спасательных жилетов, участия в постоянных полетах на вертолетах для обеспечения прикрытия оперативному соединению, приготовления к бою ракет, установки взрывателей на снарядах. Все действовавшие в мирное время ограничения были отметены прочь вместе с гирями, висевшими на ногах сонмищами бюрократических закорючек. Корабли получили возможность идти на всех парах. В прошлом их силовые установки не раз страдали от низкокачественного топлива, теперь же, когда раз в два или три дня суда сходились для дозаправки в море с танкерами сопровождения, то неизменно получали только самое лучшее. За танкерами спешили корабли снабжения с грузами едва-едва завершивших процесс прохождения испытаний ракет «Си Скьюа», предназначенных для вооружения вертолетов, действующих с фрегатов[181]. Требования о поставке запасных частей и всевозможного военного имущества исполнялись с необычайной быстротой.
Потоки разведданных и тактической информации передавались на корабли по системам связи и за счет парашютных сбросов. Поступали приблизительные сведения о боеспособности и численности ВВС противника: разведка оценивала угрозу в возможные четыре волны летательных аппаратов в день при шести ЛА в каждой. Частота налетов будет снижаться по мере течения времени из-за роста проблем с поддержанием материальной части в рабочем состоянии. Вудварда, как бы там ни было, больше тревожили сложности с содержанием своих летательных аппаратов. Традиционно операции с участием авианосцев строятся на пятидневных передышках для отдыха и приведения в нормальное состояние материальной части после каждых пяти суток интенсивных полетов. Но при всего двух кораблях и двадцати самолетах надеяться на такой вольготный график не приходилось. Придется действовать на полную катушку все время, пока в том будет потребность. Но сколько, сколько в действительности? Он считал, что максимум возможного — тридцать суток.
Основные данные относительно функциональных возможностей войск Аргентины и вероятной тактики поступали от главных тренеров и поставщиков оружия — французов и американцев. В первые дни операции начальник штаба обороны направил личные просьбы о помощи в предоставлении сведений равновеликим коллегам в Париж и в Вашингтон и получил оттуда целые тома информации. И все же, в общем и целом, нарисованная разведкой картина по-прежнему оставалась неполной и неточной. Не заменяли — нет не заменяли — выводы аналитиков старых добрых внедренных агентов в самой Аргентине. Один из тех, кто управлял британской машиной войны, описывал страстное желание командования иметь «каких-нибудь ребят, которым можно было бы попросту сунуть пачку песо и сказать, мол, сигайте через стену военно-морских доков, а потом расскажите нам, что там происходит».
Дебаты на флоте все в большей степени сосредотачивались на обсуждении лучших способов уклониться от вражеских ракет «Экзосет». Управление по военным действиям на море отправило в распоряжение флота толстую кипу материалов по данной теме, где содержалась уйма данных, каковые капитаны сочли во многом противоречивыми. Рекомендовалось повернуть корабль носом или кормой, дабы сделать его наименьшей по площади мишенью. Но вот незадача, как применять свое вооружение из подобной позиции? Сошлись на целесообразности открывать огонь по ракете из всего наличествующего вооружения в надежде если не уничтожить ее, то хоть сбить с курса. Но и из чего тогда стрелять «соломой»? Наиболее эффектной мерой противоборства «Экзосет», как признавали почти все, станет полностью автоматизированная система выброса «соломы». Однако один старший офицер бесцеремонно и враз развалил эту радужную мозаику замечанием о том, что активируемая компьютером система начнет самозабвенно палить по чайкам, не задумываясь о крайней ограниченности запасов «соломы» — всего по семь полных зарядов на каждый британский корабль. А засечь маленькую ракету на экране РЛС будет непростым делом. Возник и другой момент, начисто ломавший тактику, предписываемую в нормальных условиях. Для противодействия русским сверхзвуковым ныряющим ракетам доктрина диктовала кораблю выпустить заряд «соломы» и оставаться в пределах своей схемы ложной цели. В случае необходимости отразить «Экзосет» считалось правильным как можно быстрее выйти из схемы ложной цели.
181
Британская противокорабельная ракета «Си Скьюа» (Sea Skua, «Морская птица большой поморник»), имела длину 2,5 м, общий вес 145 кг, вес боеголовки 30 кг, скорость полета 0,85 Маха и дальность пуска 15 км. —