— А ещё я сам поговорю с королевой, и посоветую ей предупредительнее относиться к Вашему Величеству, — пообещал Бэкингем.
Несколько успокоенный этим обещанием Чарльз отправился к себе, а герцог поспешил к королеве.
Королева Генриетта была очаровательной молодой женщиной, чью красоту воспевали в своих стихах известнейшие поэты той эпохи. Лучшие живописцы с нескрываемым удовольствием изображали на своих портретах её хрупкие черты — ангельски красивое лицо с белоснежной атласной кожей, горящими чёрными глазами, тонким носиком с небольшой горбинкой, и алыми чувственными губами. Маленький рост, который был единственным недостатком этого неземного создания, искупала точёная фигурка королевы, наполненная жизнью и кипучей энергией. Возвращение министра Генриетта встретила довольно мрачно, но, увидев любезную улыбку на лице Бэкингема, всё же протянула ему руку для поцелуя.
— Вы арестовали несчастного барона, чтобы лишить его отца влияния при дворе? — хмуро спросила она.
— Напротив. Я сделал всё от меня зависящее, чтобы убедить короля не совершать ошибку и не арестовывать депутатов во время парламентских слушаний.
Генриетта недоверчиво усмехнулась.
— Вся Англия знает о вражде между Вами и кланом Говардов, который возглавляет Арундел. Вы не могли придумать лучшего предлога, чтобы он него избавиться.
— У меня к этим господам так мало ненависти, что я даже отдал свою племянницу за одного из них, — язвительно усмехнулся Бэкингем. — Что же касается ареста, то король действительно оказал мне медвежью услугу. Ну, сами подумайте, зачем мне ссориться с парламентом? Особенно сейчас, когда решается вопрос о сборе новых налогов и выплате субсидий Кристиану Датскому[38] за его вступление в войну с Габсбургами[39]. А теперь парламентарии, подстрекаемые Говардами, вопят на весь мир, обвиняя меня в произволе и нарушении их прав, так как закон защищает это сословие от арестов во время парламентских заседаний.
— Боже, как всё сложно, — королева решила не спорить. — Хорошо, Вы меня убедили.
Герцог ещё раз прикоснулся губами к её ладони.
— Вы ещё что-то хотели мне сказать? — Генриетта отняла руку, которую министр отпустил с видимым сожалением.
— Хотел показать вот это письмо. Его мне доставил сегодня утром посланец кардинала Ришелье.
Бэкингем протянул королеве бумагу.
— Я вижу, кардинал решил, будто Вы причастны к похищению Фанкана, — усмехнулась Генриетта, прочитав первые строчки послания, но тут же возмущённо вскрикнула, когда дошла до места, где Ришелье сообщал об аресте Монтегю.
— Вы ведёте со мной двойную игру, — заметил герцог, который внимательно наблюдал за ней. — Что, чёрт возьми, Монтегю делает в Париже?
— Уолтер отправился во Францию, чтобы предупредить Шевретту о том, что шпионы Ришелье вышли на след депутата Лапьерра. — Ответила Генриетта.
Милорд вскочил на ноги, словно ошпаренный кипятком.
— А почему я узнаю об этом только сейчас?
— Герцог, я не обязана отчитываться перед Вами в своих действиях. Вы, кажется, тоже не советовались со мной, когда решили воевать с Францией?
Бэкингем нервно прошёлся по комнате.
— И когда Вы перестанете видеть во мне врага? — вздохнул он, остановившись напротив королевы. — Ладно, не будем об этом. Монтегю служит Вам, так что Вашему Величеству и решать его судьбу. Относительно аббата Фанкана, я уже высказывал Вашему Величеству своё мнение. И если этот человек мёртв…
— Он жив, — неохотно ответила королева. — Де Молина согласился предоставить его в Ваше распоряжение.
— Что ж, — просиял герцог. — Тем лучше для нас и для господина Монтегю. Кстати, у посланца Ришелье есть ещё одно письмо, адресованное Вашему Величеству.
— Вот как? — удивилась королева. — И что в этом письме?
— Оно осталось у графа де Бутвиля. Этот наглец заверил меня, что Ваше Величество будет рада встрече с ним.
— Бутвиль? Бутвиль — посланец кардинала? Этого не может быть! — воскликнула Генриетта. — Но, в любом случае, я буду рада его видеть.
Бэкингем поморщился, почувствовав ощутимый укол ревности.
— Привести его сюда?
Генриетта задумалась.
— Это не совсем удобно, — неуверенно проговорила она. — Послушайте, милорд, а нельзя ли устроить нашу встречу в Вашем дворце?
— Моя прекрасная королева, мой дом и я сам всегда к услугам Вашего Величества…
38
Кристиан IV (12 апреля 1577 – 28 февраля 1648) – король Дании и Норвегии с 4 апреля 1588 года, при котором датское государство достигло вершины своего могущества. Занимал престол 59 лет – дольше, чем кто-либо в датской истории.
39
Тридцатилетняя война (1618–1648) – первый в истории Европы военный конфликт, затронувший в той или иной степени практически все европейские страны. Война началась как религиозное столкновение между протестантами и католиками Германии, но затем переросла в борьбу против гегемонии Габсбургов в Европе.