— Вер да?[11] — крикнул из темноты испуганный голос.
Разведчики молчали… Один бесшумно пополз вперед.
— Вер… — громче начал часовой и захлебнулся.
Отряд снова полз в темноту. Шипы проволочного заграждения темнели над головами. Это была простая, неэлектрифицированная проволока…
Внезапно забил из тьмы пулемет. Бил торопливо, лихорадочно, пули лязгали по камням. В ответ застучали пулеметы разведчиков. С обеих сторон, как разноцветный пунктир, летели трассирующие пули. Все новые пулеметы вступали в дело с обеих сторон…
Разведчики прорвались на территорию секретного завода. То там, то здесь мелькали тусклые полосы — желтый свет из распахнутых дверей. Черные торопливые тени взметывались и припадали к камням…
Нестерпимый сверкающий свет хлынул вдруг сверху. С одной из ближних вершин сияла ослепительная звезда, шаря лучом по окрестным скалам. И второй голубой луч протянулся с другой вершины, побежал по камням.
— Боевые прожекторы включили! — сквозь зубы сказал кто-то. — Теперь дадут нам жару…
Прожектора осветили все — и странные треугольные холмы справа, и какие-то причудливые резервуары, и грузовики, стоящие среди скал. Как огромные щупальца бежали лучи по камням и вдруг застыли, скрестившись на группе людей в плащ-палатках.
— Отползать за скалы! — скомандовал Людов.
Теперь немецкие пулеметы и минометы били увереннее со всех высот… А затем прожекторы погасли так же неожиданно, как зажглись. Опять шел бой в темноте. Только вспышки пулеметов и автоматов, разноцветные паутины трасс блестели во мгле, да с моря доносился нестихающий орудийный гул.
Это и было то время, когда, освободившись из плена, боцман встретился с боевыми друзьями.
Глава пятнадцатая. Орлы капитана Людова
— Ребят разыскали, товарищ капитан, — торопливо докладывал голос из темноты. — Они все в трех землянках, за проволочной сетью были… Ох, и замученные же мальчишки! Некоторые чуть живы…
— Доставить на берег!.. — быстро приказал Людов. — Вам что, их «язык» указал?
— Так точно, товарищ капитан, вот он здесь к услугам…
Что-то в темноте завозилось, замычало.
— Отлично!
Людов всматривался в темноту.
— Пусть ведет нас к женским баракам… Суслов, доставите на берег детей! Выйдете на берег, до прихода катеров займете круговую оборону… Пошли, товарищи, наших женщин выручать.
Снова зажглись скалы кругом. Шипя, висела в небе зеленая лампа ракеты. Немецкие пулеметы били из отдаления — охрана завода, видимо, отступала. Короткими перебежками разведчики продвигались к синевато-черной цепи скал, похожей на неровную стену. Высокий егерь, без кепи, со связанными руками, указывал путь.
Ракета погасла, снова наступил мрак.
— Нужно эти скалы перевалить! — крикнул Людов.
Он почти бежал. Агеев еле успевал за ним, слышал прерывистое дыхание капитана. Разведчики, одолевшие высоту, задержались — шипы проволочных заграждений выросли на дороге.
— Этой проволокой лагерь огорожен! — крикнул Агеев: он вспомнил рассказ Маруси. — Это с электротоком проволока была!
— Теперь-то она безопасна… — ответил Людов. — Саперы, вперед!
Послышался скрежет разрезаемого металла.
Опять вспыхнула в небе зеленая медуза ракеты. Сбоку застучал пулемет, и резавший проволоку маленький разведчик выронил кусачки, упал головой на камни… Людов, Агеев, другие разведчики прошли сквозь проволочную сеть, легли на камни вершины.
Перед ними в мертвенном мерцающем свете, в кольце скал, как в огромном сухом водоеме, распростерся лагерь рабынь, окруженный пулеметными гнездами, затянутый сверху маскировочной серой сетью.
Внизу еще одна плетеная стальная ограда замыкала скопление каменных землянок. Между этими землянками, в проволочном кольце металась толпа в светлых халатах, резко выделявшихся на фоне темных камней.
— Сюда!.. — крикнул, вставая во весь рост, Агеев. Он поднял руку, его голос затерялся в огромных каменных просторах. — Сюда, товарищи! Идем вам на помощь!
Сотни пленниц растерянно метались внизу. Хлестнул пулемет. Агеев едва успел спрятаться за камень.
Разведчики стреляли по пулеметным гнездам фашистов.
— Погаснет ракета — спустимся вниз, — сказал Людов. — Они…
Он не договорил.
Вдали громыхнул взрыв — разлетелась одна из скал, огораживающих дно котлована. На ее месте возникла другая — зыбкая бушующая стена, сверкающая кипением пены. В котлован рвалась черная гудящая вода, вливался океан сквозь огромную пробоину в утесах.