Старбак, нагнувшись, пошарил в ранце убитого в поисках лишних патронов и вытащил всего пару. Его собственный запас подходил к концу.
- Сомкнуть ряды! - закричал он. - Сомкнуть ряды!
Секундное затишье позволило ему выйти из шеренги. Солдаты просили друзей и товарищей поделиться зарядами. Старбак раздал немногие оставшиеся у него патроны и вскарабкался по крутому холму в поисках боеприпасов Легиона. Сюда же отступили раненые солдаты. Один из арканзасцев Хаксалла пытался зарядить винтовку - окровавленная левая рука беспомощно свисала.
- Чертовы сукины дети! - без конца бормотал солдат. - Чертовы, мать их, сукины дети янки.
В землю с грохотом вонзились осколки разорвавшегося над головой снаряда.
- Янки притащили еще две гаубицы, - полковник Свинерд, усевшись посреди склона, держал в руках бинокль. Голос его звучал удивительно спокойно.
- Нам нужны боеприпасы! - воскликнул Старбак. Он пытался говорить так же собранно и спокойно, как и полковник, но скрыть паническую интонацию в голосе не получилось.
- Ничего не осталось, - беспомощно пожал плечами полковник. - Я должен извиниться перед вами, Старбак.
- Передо мной?
- Я обругал вас. Мои извинения.
- Неужели?.. Черт возьми! - вырвалось у Старбака ругательство: еще один снаряд просвистел над головой и, отрикошетив от склона, разорвался где-то за вершиной.
Свинерд обругал его? Старбак этого не помнил, да и ему было плевать. Гораздо больше его волновало поведение янки, которые, пройдя сквозь брешь в тыл армии, испарились. А что если они пойдут в контратаку?
- Нам нужны боеприпасы! - закричал он Свинерду.
- Все истратили. Весь день шли бои, - полковник казался удивительно спокойным для человека, который навел револьвер на шеренги северян и теперь методично нажимал на спусковой крючок. - Они останавливаются, так что, когда уйдут, мы пошарим среди мертвых.
Старбак сбежал вниз по склону и выбрал из шеренг двух солдат капитана Дейвиса.
- Обшарьте мертвых и раненых, - приказал он, - найдите боеприпасы. Потом раздайте всем. Поживее! - одного солдата он отправил налево, другого - направо, сам же занял их место с револьвером в руке.
Старбак оказался плечом к плечу с очкастым, вооруженным винтовкой капитаном Итаном Дейвисом.
- Они из Индианы, - сообщил Дейвис, словно Старбаку было интересно.
- А? Кто? - Нат его не слушал - он выискивал среди вражеских рядов кого-нибудь, отдающего приказы.
- Эти вот ребята, - Дейвис кивком указал на ближайших к нему янки. - Из Индианы.
- Вы откуда знаете?
- Спросил их, понятное дело. Покричал на них, - он выстрелил и болезненно дернулся - мощная отдача винтовки ударила его в раненое плечо. - Я однажды даже чуть не женился на девушке из Индианы, - добавил Дейвис, опуская винтовку прикладом вниз и извлекая бумажный патрон.
- Почему же не женились? - Старбак возился с капсюлями для револьвера.
- Она была католичкой, и родители не одобрили, - мягко ответил Дейвис. Он скусил бумагу с пулей, ссыпал в горячий ствол порох и сплюнул почерневшими губами пулю. Стекла его очков помутнели от пыли и пота. - Я часто о ней думаю, - задумчиво добавил он, затем с силой вогнал пулю глубже в ствол, вскинул винтовку, вставил капсюль и выстрелил. - Она жила в Терре-Хоут. Как по-вашему, отличное имя для городка?
Старбак взвел револьвер:
- Каким же образом виргинец встретился с католичкой из Терре-Хоут? - ему пришлось прокричать вопрос - вокруг трещал ружейный огонь.
- Она приходится мне кем-то вроде дальней родственницы. В первый раз мы встретились, когда она приехала в Фалконер на семейные похороны, - Дейвис выругался, но не из-за воспоминания об ушедшей любви - просто брандтрубка нагрелась и треснула. Капитан отбросил винтовку в сторону и подобрал с трупа другую. Где-то в дыму сражения закричал юноша. Он все кричал и кричал, прерываясь лишь за тем, чтобы вдохнуть воздуха. Дейвис вздрогнул от этих кошмарных звуков.
- О Господи, - цинично произнес он, когда вопли внезапно оборвались, - опусти меня обратно.
- Когда же вы перестанете это повторять, - сказал Старбак. - Мне на нервы действует.
- Предпочтете цитату из библии? - спросил Дейвис. - Овцы на заклание, например, - предложил он, неверно передав слова Исайи.
- Меч Господа обагрится кровью, - Старбак, выпустив две пули из револьвера, предложил свою цитату. - Утучнеет от тука, от крови агнцев и козлищ [21].
Дейвис от таких взглядов на жизнь невольно содрогнулся:
- Всё забываю, что вы из студентов-богословов.
- Ветхий Завет - самое то для подготовки солдата к предстоящему сражению, - снова поддел его Старбак. Он опустил револьвер и прислушался к звукам сражения. Стрельба со стороны янки явно ослабевала. - Долго не выстоят, - заметил он. Во рту было так сухо, что даже разговор давался с трудом. Разбитую фляжку он давно заменил новой, но и она опустела. Нат нагнулся и отстегнул от трупа еще одну.