Великанша с удивлением посмотрела на Кити, дрожащую всем телом, нервно направляющую стволы лупары то на нее, то на застывшего не столько от страха, сколько от удивления трактирщика и, уперев руки в бока, заухала словно гигантская сова.
— Уморила. — Пробасила она, придерживая огромными, как ковши экскаватора, ладонями больше похожий на бревенчатую стену, чем на часть человеческого тела, живот. — Не поранься своей пукалкой, девочка. А лучше убери, пока я тебе ее кое-куда не засунула. — Смахнув выступившие от смеха слезы кончиком огромного толстого, словно вагонная сцепка, пальца бабища с усмешкой повернулась к наемнице.
— Хороша у тебя защитница, шмакодявка. От горшка два вершка, а уже во взрослые разговоры лезет. Ты, наверное, ее очень любишь? Не хочешь ведь, чтобы ей было больно? Тогда отдавай меч и остальные железки. А потом мы все втроем немного прогуляемся. Говорят, что в Сити за ночь с праймом почти полкило серебра берут. — Хэлла усмехнулась. — Но в Дыре расценки подешевле, придется до утра отраба… К-х-х-х…
С удивлением скосив глаза на торчащий изо лба над правым глазом черенок вилки, великанша медленно подняла руку, несколько раз неловко цапнула пальцами воздух и с грохотом опустилась на колени. Из уголка рта охранницы потянулась длинная нитка слюны.
— Просто ждала, может, что интересное скажет. — Повернувшись к трактирщику, Ллойс ловко подбросила в ладони следующую вилку. — У нее шок. Плюс повреждение лобной кости. Мозг, скорее всего, не задет, но ей все равно, очень больно[86]. Настолько больно, что организм просто решил отключиться. К твоему сведению, лишняя дырка в черепе в большинстве случаев вызывает ураганный отек тканей. Говоря по-простому, если ты не вколешь ей медшот или не отнесешь ее ко врачу в течении ближайших двадцати минут, она сдохнет. Плохо сдохнет. Я пару раз подобное видела. Обгадится, облюет тебе весь трактир, а потом будет биться в судорогах, пока не расшибет себе башку или не остановится сердце. И еще…
Аккуратно обойдя девушку, Ллойс, положив ладонь на ходящий ходуном обрез Кити, медленно направила стволы оружия в пол.
— Все было очень вкусно. Нам понравилось. Особенно, халва.
— Убирайтесь, — простонал кабатчик. — Просто убирайтесь.
Медленно стянув с головы шляпу, скрывающую здоровенную лысину, украшенную десятком несимметрично торчащих из черепа коротких рожек, коротышка принялся нервно комкать ее в руках. — Нет, постойте. Помогите донести ее до клиники. Пожалуйста… Я заплачу…
— Заплатишь? Вот, подавись! В задницу себе сунь и попрыгай… — Сунув руку за пазуху Элеум швырнула под ноги несколько криво обрезанных, блестящих, словно только что выловленная из реки рыба, слитков.
— Здесь две сотни. Мы что — грузчики? — Буркнула Ллойс и, подхватив Кити под локоть, потянула ее к выходу.
— Мне такую тушу не то, что поднять, с места не сдвинуть…
Кити поежилась. Ночная прохлада не приносила облегчения. Пришедшая в город после одуряющей дневной жары полутьма жадно высасывала тепло из земли и зданий, пробиралась под одежду, прилипала к коже и выбивала из размякшего в тепле трактира тела крупную дрожь.
— Постой, кисонька. — Сорвав с шеи шарф, наемница ловко развернула кусок ткани и набросила девушке на плечи. — А то трясешься, как мокрый кошак. — Пояснила она удивленно вскинувшей глаза девушке. — Понимаю, что тебя больше от нервов колотит, но все равно… Смотреть больно.
— Спасибо, — вяло кивнула Кити. И поежившись, завернулась в толстую, пахнущую ружейной смазкой и потом ткань. — А ты не мерзнешь?
— Я на севере выросла. — Пожала плечами наемница и, задумчиво почесав пупок, все же запахнула полы расстегнутой жилетки. — Там и летом-то холодно, а зимой и под минус пятьдесят бывает. Особенно, если радиоактивная буря с моря придет… Старики рассказывали, что после Черных лет мороз, бывало, несколько месяцев за сотню стоял, но я не особо верю. Если это правда, то непонятно, как там вообще люди остались. И кстати, спасибо, что за меня вступилась. Не стоило, конечно, но все равно, спасибо. Это было… очень мило.
— Тот, в шляпе… он под стойку полез… — Смущенно пробормотала девушка. — Я испугалась, что он в тебя выстрелит…
— Я видела. — Вытащив из кармана сигарету, наемница звонко щелкнула пальцами. — И ты права, там у него наверняка ружье или обрез. Скорее всего, хауда с картечью. Но опасности не было, через доски он стрелять бы не рискнул, а так, пока достанет, пока развернет…
Кити вздохнула. Наверное, она действительно поступила глупо. Даже сейчас, глядя на неспешно шагающую по пустынным ночным улицам, расслабленно пыхтящую сигаретой Ллойс, Кити замечала короткие, быстрые взгляды, бросаемые наемницей по сторонам. С момента их въезда в город Элеум стала похожа на вышедшего на охоту зверя — всегда оставалась начеку и была готова к любым неприятностям. А она опять поступила, как дура.
86
Ллойс ошибается, при подобных травмах потеря сознания вызывается не болевыми ощущениями, а связано это с тем, что нарушение целостности черепных костей часто приводит к сдавливанию или повреждению мозга и сосудов и почти всегда сопровождается серьезным сотрясением мозга.