Выбрать главу

А спустя десять лет Татьяна увидела бледное лицо мертвеца, смотревшее на нее из зеркала. Ее лицо…

– Почему ты убила меня, сестра? – сверкнуло иссиня-белыми зубами отражение. – Почему забыла обо мне?

– Сгинь! У меня нет и не было сестры! – изо всех сил крикнула Таня, но так и не услышала собственного голоса.

– Час расплаты настал. Ты ответишь за все, сестра. Я поселюсь в твоем теле, а ты сгинешь в омуте Зазеркалья.

– Уходи, Катерина!

– Я навсегда останусь с тобой!

Гладь зеркала дрогнула, вспучилась, и оттуда высунулись белые, нестерпимо тонкие руки. Они становились все длиннее и тоньше, стремясь дотянуться до горла Татьяны. Девочка хотела бежать, но ее ноги приросли к полу, а язык прилип к небу. Ледяные пальцы мертвой хваткой сомкнулись на шее, злобный смех зазвенел, как тысячи осколков разбитого стекла…

– Пусти!!!

Татьяну разбудил звук собственного голоса. Он вышвырнул ее из сна. Возвратил в реальный мир. Теперь можно немного успокоиться, прийти в себя. Она дышала так глубоко и часто, словно бегом поднялась на двадцатый этаж. Тело покрывал холодный липкий пот. Впрочем, страх исчез довольно быстро. А на его место пришла злость – бесцеремонные действия таинственного духа-самозванца до глубины души возмущали Таню Андрееву. В чем же причина мучительного сна, преследовавшего ее с той роковой ночи тринадцатого мая? Виновато ли во всем разыгравшееся воображение или своими необдуманными действиями она навлекла на себя гнев какого-то призрака? А может быть, мама все же скрыла тайну ее рождения и смерть сестры-близнеца?

От этих мыслей на душе стало горько, неприятно и тревожно. Таня так и не смогла заснуть, беспрестанно ворочаясь в постели и наблюдая за тем, как за окном начинает светать. А вскоре солнце поднялось над горизонтом. Зачирикали воробьи. Послышался шум воды, с напором вытекавшей из крана, и наконец, запахло кофе. Обычно Татьяна поднималась минут на сорок позже, но сегодня решила составить компанию родителям и позавтракать вместе с ними.

Занимавший дальнюю стену прихожей шкаф-купе скрывался за огромными, от пола до потолка зеркальными дверцами. Зеркала моментально зафиксировали появление в прихожей худенькой девочки в голубой пижаме. Таня хотела пройти мимо, делая вид, будто ничего не произошло, но нервы не выдержали, и она шагнула к зеркальной стене:

– Что тебе надо?! Что?!! Почему ты ко мне привязалась? Отвечай! Я хочу слышать твой ответ! Или мне придется разбить тебя!

Вышедшая из кухни мама остановилась в дверном проеме, с тревогой наблюдая за дочерью. А та яростно кричала в пустоту, грозя кулаком своему отражению:

– Ты лживое мерзкое стекло! Отстань от меня! Отстань!

– Таня!

Щеки девочки залились краской. Ей стало стыдно, что мать оказалась свидетельницей этой глупой истерики.

– С тобой все в порядке? – выглянул из ванной комнаты отец с толстым слоем пены для бритья на щеках.

– Все хорошо, папа… Все просто замечательно.

– Что с тобой происходит, Танюша? – Мама обхватила расстроенную девочку за плечи, отвела на кухню. – Кто внушил тебе нелепую мысль о сестре-близнеце? Я же показывала все документы. Мы даже в роддом ездили, где ты родилась, чтобы доказать – ты единственный ребенок в семье. Какие еще нужны подтверждения?

– Я верю тебе, мама. Но скажи, почему мне продолжает сниться Катерина? Точнее, живущий в Зазеркалье дух, назвавшийся моей сестрой.

– Просто ты очень впечатлительная девочка, Танюша. Постарайся забыть эту глупую историю. Не думай о ней, и все будет хорошо.

– Постараюсь, – согласилась Таня, прекрасно понимая, что одним волевым решением от призрака не отделаешься.

– Привет, – к лифту подошел высокий парень под два метра ростом с тяжеленным чемоданом в руке.

Сопровождавшая его незнакомая девушка улыбнулась и помахала Тане рукой.

– Доброе утро, – хмуро откликнулась она.

Длинного парня звали Петром Толкачевым. Он жил в одном подъезде с Татьяной и однажды здорово помог ей. Тогда в квартире полетели электрические пробки, а из взрослых в доме никого не было. Несмотря на разницу в возрасте, с той поры Петр и Таня подружились. Пару раз Толкачев даже ездил с семейством Андреевых за грибами. Татьяна поздоровалась и хотела пройти мимо, но немного замедлила шаг. Петькина спутница показалась знакомой, но в то же время Таня не сомневалась, что раньше никогда ее не видела.

Подтянутая, но при этом довольно плотная блондинка среднего роста смотрела на Таню почти круглыми карими глазами, а в уголках ее губ таилась задорная усмешка. Девушка была в очень строгом, несмотря на жару, костюме – белоснежная блузка и скромная юбка до середины колена. А на вздернутом носу незнакомки красовались дымчатые очки в металлической оправе.