— Мне нужно заняться кое-какими делами, — спокойно произнес он.
Стоуни испытал своего рода шок и был приятно удивлен: он был уверен, что Алекс приклеится к нему намертво. Он чувствовал большое облегчение от мысли, что ему наконец-то удастся побыть одному. Кое-какие дела? Интересно, что бы это могло быть.
— О твоем присутствии здесь никто не должен знать, — предупредил его Алекс. — Свет не включай и помни, что тебя похитили.
— Проклятие! Этот Уит Мозли видел меня. Он точно знает, что сегодня утром я еще был на месте.
— Если он станет для нас помехой, — успокоил его Алекс, — я о нем позабочусь.
— Ты не можешь просто так убить судью…
— Стоуни, по кабельному сейчас, вероятно, идет какой-нибудь интересный телемарафон. Или на худой конец поищи канал с мультиками. Расслабься.
После ухода Алекса Стоуни сделал один телефонный звонок, налил себе чуть-чуть «Джека Дэниелса»,[28] выпил его как лекарство и прилег на диван миссис Мэйуэзер, подложив под голову вычурные подушечки. Он вяло воспроизвел в памяти сцену убийства Дэнни и подумал о том, что это было не так уж страшно. Ему только не понравилось, как Дэнни просил не убивать его, и все еще испытывал беспокойство по этому поводу. Но что сделано, то сделано.
Он вспомнил о брате.
Мысли о Бене растревожили его еще больше. Они с братом никогда не были особенно близки и еще больше отдалились друг от друга после того, как Стоуни разбогател. У них не было потребности просто посидеть и поговорить друг с другом о жизни, о своих делах и проблемах. Стоуни вздохнул, отбросил воспоминания о Бене и устроился поудобнее, чтобы немного подремать.
Его разбудил неожиданный стук в дверь, и спросонья он вдруг подумал: «Наверное, Бен вернулся с рыбалки». Однако уже в следующую секунду Стоуни вспомнил, что находится в чужом коттедже и ожидает возвращения своего приятеля Алекса. Стоуни встал и открыл дверь.
— Проходи, — сказал он.
Люси Гилберт осторожно шагнула через порог и огляделась.
— Мы здесь одни?
— Да, — ответил Стоуни. Как только он произнес это, она вытащила из сумочки пистолет — большой старый револьвер, видимо принадлежавший еще ее дяде, но начищенный и смазанный, — и навела его прямо мужчине в грудь.
— Ублюдок, — с ненавистью процедила она сквозь зубы. — Это ты убил их.
— Что все это значит? — спросил Стоуни, пытаясь говорить с легкой непринужденностью, хотя, признаться, был поражен, увидев в руках милой и немного эксцентричной Люси оружие.
— Ты убил Пэтча и Туй.
— Нет, я не убивал их, — качая головой, возразил Стоуни. — Господи… — Он едва не засмеялся, подумав о том, что уже в третий раз за сегодня в него целятся из пистолета. Вот только Люси, похоже, настроена чересчур решительно, и этот третий раз может оказаться не таким удачным, как предыдущие два. Во всяком случае, она, как ему показалось, была в гораздо большей степени готова пристрелить его, чем остальные. — Я никого не убивал, Люси. Я позвонил тебе, потому что хотел удостовериться, что ты в безопасности.
— И за это, черт возьми, я обязана благодарить тебя. Ты обещал, что никто не пострадает. Ты просто должен был откопать свои вещи. Я продаю тебе свою землю, ты снова закапываешь их, и все — конец истории.
— Я не убивал их, — угрюмо повторил Стоуни. — Но, если тебе нужен парень, который действительно сделал это, я отдам его тебе. Но только тебе, а не полиции, иначе все это превратится в большую головную боль для нас обоих.
— Ненавижу тебя, — медленно произнесла Люси, и направленное в его грудь дуло замерло. — Знаешь, во что ты мне можешь обойтись? И сколько уже — благодаря тебе! — я потеряла?
— Если ты такая благодетельная, возьми трубку и позвони в полицию. А я посижу на диване и послушаю, как ты будешь объяснять им, почему, зная о том, кто убил твоего дядю и его подругу, ты даже пальцем не пошевелила. — Стоуни прошел к дивану и сел, закинув ногу на ногу.
— Только не думай, что я побоюсь это сделать, — сказала Люси.
— Телефон вон там. — Он небрежно махнул рукой.
Стоуни ждал. Она немного опустила пистолет, и теперь дуло было направлено ему между ног.
— Рассказывай, как все произошло, — потребовала Люси.
Стоуни тихо поведал ей, как Алекс взбесился при неожиданном появлении Туй и Пэтча, когда они уже заканчивали копать, и как он убил их обоих.
— А кто убил Джимми Берда?
— Насколько мне известно, это было самоубийство. — Стоуни проследил за тем, как она опустила пистолет, и вздохнул, увидев, что теперь дуло смотрело в пол. — Я не задавал по этому поводу лишних вопросов. Да и тебе советую особо не любопытствовать.