Сначала, разумеется, в учебку. Ну, и решили нам "матрацы" выдать. Парашюты, в смысле, оболочковые.[237] И на них, натурально, обучить. А что. Летит себе самолётик транспортный в небе, или пассажирский даже, из него комочки одной почти органики вываливаются – РЛС не просечь – сыпются до где-то тысячи, там раскрываются и, на "матрацах", строго до места. Система такая ещё в СССР разработана была. Причём даже запаска управляемая имелась. Треугольником раскрывается. Говорят. У нас-то обычные запаски были, а по-боевому так и вовсе – только с основным. Планировалось. Так вот, "матрацы" те на вооружение поступили, но в войсках не использовались. Почти. Цыря учить дорого и долго, да не каждого и научишь. У нас, вон, даже замки, ну, на лямках, чтоб купол если что отстёгивать, заблокированы были. Видимо, прецеденты имели место быть. Проявления нездорового любопытства к этим самым замкам. Когда качаясь в воздухе… Со всеми вытекающими.
Теперь пригодились. Арбалет-8. Сначала на "дубах" побросали, чтоб воздух снова почувствовали, потом на этих. Ну и – на третьем прыжке. Тоже вот так, метров пятьдесят оставалось. И тут какой-то представитель племени му, что из народа даков, впоследствии образовавшего замечательную нацию румын, вздумал на вертолёте – частном – посадку совершить. Ни предупредить кого, ни запросить, ни хоть радио послушать или глазами посмотреть, этому самому даку, который му, и в голову не пришло, разумеется. Я же куполом этим не настолько владел, чтобы уйти, или хотя бы к потоку так расположить, чтоб не погас. В общем, подвешенным за шкирман на сопле с тех метров тридцати и продефилировал. До грунта. И всё бы ничего – лёгкий я, да тренированный ещё, ну, поломался бы конечно, но не вовсе – вмазался, вдобавок, о сцепку прицепа с парашютами, что там стоял. Вроде как в стороне. Оченно жесткую сцепку. Шеей. Лежу, значит, весь из себя симпатичный, и всё, что ниже затылка, в упор не чую. Включая язык и прочие нижние челюсти. Одни глаза моргают. Отпрыгался, значит. И – отходился. Заодно…
Не думаю, впрочем, что в той системе прижился бы. Уж очень они… круто взялись. Сначала указ вышел о переносе претензий на наследников – без ограничения. А потом и вовсе. Начинать стали с этих самых наследников. Не смог бы… я… так… Полагаю.
Подходим к КП. Новому, под тентом. Рядом со щелью. Аэродром наш больше не трогали, но бережёного бог бережёт. Доложили. Сиротин всё знает уже. Оказывается, основной функцией того Р-10 вовсе не корректировка была. Голь на выдумки хитра. Он всё флотским передавал, флотские нашим, по проводной, а наши – дальше и выше. Ну, хоть так. Понятно теперь, почему "ишачки" так вовремя подоспели. С МиГами и Яками. В общем, не до нас здесь. Там бой опять. Горят, жгут, и снова горят. Нам до десяти – отдыхать. Разумно. Такого боя не было ещё. Натурально, как выжатый лимон. Слегка перекусил, прямо у крыла, чаю хлебнул, дырки посмотрели с Колей… немного, но есть, потом завалился на постеленное технарями барахлишко и вырубился. …! оно всё конём!
Когда разбудили, полдесятого было. Проверил аппарат, выслушал новости. Из четвёрки Бабкова вернулся один Бабков. Из следующей – вообще никто. И не вернётся. На своих крыльях, во всяком случае. Однако Харитонов болтается уже с полчаса, и пока никого. Вроде как бомбёры ночью переправы долбанули, подвоза у немцев нет, а ведь и у них цистерны – ну никак не бездонные.
Лечу ведущим. У Гоши теперь Ждан ведомым будет, а ко мне Толик опять. Борисов. Добыл где-то по пути себе "чайку" и добился-таки откомандирования в родное гнездо. Часа три как здесь. Довольный, как электровеник. Хотя мне не показалось, чтоб уж очень ему со мною везло. Хотя как сказать… Что ж. Полетаем. Обговорили всё, наскоро так, и – по коням.
Сначала привычным маршрутом до Пинска, потом сразу на север. Солнышко почти с юга уже светит. Лучше от него. Долго летим. Потом обнаруживаем пару "чаек". У одной бортовой "12". Харитонов. Где ещё пара, и Р-10 где – потом узнаем. Если вообще…
Наши, однако, продвинулись. Километров на тридцать, если навскидку. Внизу, похоже, бой идёт, хотя видно не очень. С четырёх с половиной тысяч. Оделся потеплее. Бельишко. Холодно болтаться на такой высоте. Если без боя. Но лучше уж без. От предыдущего ещё не отошёл. Как вспомню, тоска какая-то в груди поднимается. А как про одинокую пару встретивших нас "чаек", так голова сама собой крутиться начинает. пропеллером На все 720 и более градусов.
Минут через десять наблюдаю летательный аппарат. Один. С юга. Тыщах на двух. Оказался Р-10. Смена пришла. Кажется, пара их осталась всего. Без них плохо будет. Совсем.
На солнце опять пятна. Пятнышки. Надо как бы слегка искоса, вскользь на него посматривать – тогда видно. Как пара "худых" на нас заходит. Где-то с минуту им ещё. Прибавив газа, нагоняю Гошу. Слегонца, как договорились. Чтоб не спугнуть, тщась плоскостями азбуки Морзей всяких выдавать. Выстраиваемся в загодя придуманную ловушку. На экономичной выводим широченный вираж, на полминуты где-то, чтоб оказаться под самым удобным для "худых" ракурсом – хвостами к ним и чуть боком, на осьмушку где-то. Гоша со Жданом тем временем чуть выше расположились и слегка оторвались. Вперёд. Потом газ на полный, шаг тоже, но "худым" с этого ракурса всё удобно, кроме как скорость нашу определить. "Мессеры", надо думать, не салажата, раз на свободную охоту выпустили, и уловки наши все знают. Теперь для них главная проблема – заметили их, или нет. Если не заметили – спокойно догнать и сбить. Если заметили – жди боевого разворота. А это стрёмно. Поэтому слегка вперекрёст друг другу, с солидным отставанием идущего чуть выше ведомого. И не спеша, потому что на полной "мессерской" пикирующей скорости "чайку" на крейсерской и не заметишь, как проскочил. Теперь небольшой нырочек, чтоб наш боевой разворот всяко не получился – так мы и прикидывали! Кажется, чувствую, как у немца палец на гашетке подрагивает. Вот… сейчас… ещё совсем чуток… качнул плоскостью Толику – приготовиться! Вверх! На скорости и мы могём – до "мессера", конечно, далеко, но всё же…
Те тоже рвут вверх, за нами – но проскочили, и теперь, на инерции, пытаются поймать вёрткие бипланы с выходом на отрицательный угол, вроде как со спины. Не зная, не видя и не ведая про боевой разворот Гоши с напарником. Хорошо всё-таки "фридрих" в вертикаль идёт. Только мелькнул впереди – и нет уже его. Нам ну никак не успеть было. Впрочем, и нас не успел. С Толиком. И – без ведомого уже. Тот при заходе чуть сзади был, да и с рывком запоздал. У меня на брюхе "чайки" глаз нет, но нутром чую – подловил его Гоша. Сам же, выйдя без малого в точку зависания, валюсь на крыло и в пике, к Р-10. Немец сейчас злющий-презлющий, нас ему не достать, попытается на тихоходе отыграться, зуб даю!
И точно. Фактически повторив мой манёвр, но с намного более широкой амплитудой, "фриц" предсказуемо устремляется вниз. Обходя нас с Толиком по широкой дуге, на скорости заходит к Р-10. Но опять не учёл, что мы на скорости. Продолжая снижение, широченным виражом выхожу курс, пересекающийся с немецким у самого разведчика. Немец таки просёк это дело, отваливает в сторону – но! Теряя скорость… Вот мелькнул бортом, близко совсем… Не, не тот. "Сердец" не наблюдаю. Туз пик. Было бы странно, если б опять тот же самый. Впрочем, на войне всё бывает. Вот и сейчас – немец мною всецело занят, в вертикаль пытается умотать, но гладко не выходит, потому что – очередь, пусть мимо, но в опасной близости, а Толик и вовсе палит вовсю из своих ШКАСов, рассыпая биссер… перед свином, надо будет с ним беседу провсести, насчёт боеприпасов, коих далеко не бесконечный запас, но сейчас и это очень даже кстати, потому что напуганный фриц уходит в вертикаль ещё более крутую, круче, чем надо бы, а вот там-то мы его и ждали… Ну, не совсем мы. Гоша. Экспромт! Намана…
Ведомый уже прочертил свою дымную полосу до земли, ведущий, будто зависнув на секунду в вертикальной неподвижности своей, словно весь набухает изнутри, и вдруг весь опадает – дымными фрагментами. Конечно, сначала в четыре БС, потом ещё и ШКАСы. По без малого неподвижному. В упор. "Взял, и клюнул таракана, — всплыло зачем-то вдруг в голове, — вот и нету великана".[238]
237
Парашюты серии "Д". Сейчас на вооружении Д-6 и Д-10. Помню ещё Д-5 и близкий к нему по конструкции ПСН (паращют специального назначения). Кроме Д-5, все слегка управляемые – можно разворачиваться (стропами управления) и двигаться вперёд – назад (перекатами) со скоростью 2–3 м/с.