Хедхантер достал из кармана помятую пачку «Marlboro». Вытряхнул оттуда сигарету. Последнюю. Внимательно осмотрел ее, помял пальцами и только потом взял в рот и подкурил. Курил долго, с наслаждением втягивал в себя дым, выжигая табак до самого фильтра. Он понимал, что, возможно, это его последняя сигарета в жизни.
Докурив, он выбросил пустую пачку, сел за руль и повел машину на север.
CXVIII
Понедельник, 31 августа, 17:59 (UTC –4)
«DW», жилой корпус
Полутьма, заполнявшая зал совещаний, несколько сглаживала царящий там беспорядок — опрокинутые стулья, пыль на столах и компьютерах.
Неожиданно тихо скрипнуло и заработало устройство для связи с психосуществом, спроектированное Емельяновым по заказу Вадима Хорта. Загорелся монитор, озарив серебристым светом то кресло, в котором когда-то сидел Тимур. Вскоре в левом верхнем углу всплыло подтверждение того, что связь установлена. Курсор соскочил на исходную позицию и мигал. Через секунду на мониторе появилась надпись:
◄| ОНИ УМРУТ А ПОТОМ Я ПРИДУ ЗА ВАМИ
Сообщение висело четверть минуты, после чего передатчик выключился. Монитор погас.
Но прочесть его было некому: Лаура и Алан находились этажом ниже, периодически связываясь с Тимуром и Хедхантером по радиотелефону.
CXIX
Понедельник, 31 августа, 18:27 ’ UTC–5)
12°01‘57“ юж. ш. 81°4В09“ з. д.
Тихий океан, 433 км от побережья Перу
4615 метров над уровнем моря
В четверть седьмого «B-2 Spirit» начал снижение. В кресле пилота вот уже полчаса сидел Джереми, а «Кувалда» Харрисон занял место mission commander’a. Майор Хэтуэй возился в задней части продолговатой кабины, готовя сандвичи и горячий кофе[123].
Ровно в 18:27 по местному времени Джереми доложил, что самолет занял 150-й эшелон (снизился до 15 000 футов, или 4615 м, над уровнем моря).
— Скорость? — спросил майор Хэтуэй.
— Держу 360[124], сэр, — откликнулся Джереми.
— Сбрасывай…
— Вижу «Геркулес», — почти сразу же отрапортовал Харрисон.
— Да, — подтвердил Джереми, глянув на радар, — курс два-семь-ноль, скорость 340, идем на сближение.
— Другие самолеты?
Длинная пауза.
— Вроде чисто, майор.
— Вроде? Что значит «вроде», кэп?
— Никого, — поправился капитан, — ни вверху, ни под нами.
— Хорошо. Может, и проскочим.
С востока, выползая из океана, стеной надвигалась темнота. Уже не были видны ни берег, ни вершины Анд. Далеко внизу день уже умер, хотя на высоте четырех с половиной километров он все еще бился в предсмертных судорогах. На западе догорали последние отблески заката, окрашивая правый бок фюзеляжа нежно-лиловым цветом.
Честно говоря, Хэтуэю было плевать, засекут их бомбер или нет. Даже если кто-нибудь из чилийской береговой охраны или даже ПВО визуально зафиксирует приближение «В-2» (шансы на это в темноте нулевые: самолет черный и летает без опознавательных огней), они ничего не смогут сделать. Эффективная площадь рассеивания у «В-2» настолько мала, что самые современные самонаводящиеся ракеты «не видят» его[125]. Сбить его не удастся, разве что кто-то ухитрится пальнуть прямой наводкой. Естественно, если самолет заметят, скандала не избежать. И какого скандала! Но это не его, Хэтуэя, проблема. Разгребать последствия будут протиратели штанов Клотц и компания. Его дело — уничтожить цель и привести «В-2» назад на базу целым и невредимым.
Джереми тем временем сбросил скорость до 320 узлов и связался с капитаном Дэном Рэйнолдсом, вторым пилотом заправщика, сообщив о готовности приступить к дозаправке.
Погода благоприятствовала — ни малейшей облачности, никакой тряски. Оба самолета шли ровно, не дергаясь, как будто плыли сквозь растопленное масло.
Джереми Руа легко поймал в стыковочный узел спущенный с «Геркулеса» стальной шланг. Убедившись, что рукав надежно зафиксирован, Стив Левандовски начал переливать топливо.
Небо над ними быстро темнело.
Вскоре (в 18:44 по перуанскому времени) самый трудный этап операции подошел к концу. «B-2 Spirit» принял в баки все 19,9 тонн предназначенного для него топлива.
Заправка бомбардировщика-невидимки «B-2 Spirit» над Тихим океаном
Последние розовые мазки скользнули за небосклон, и над Тихим океаном черной пленкой распростерлась ночь.
Пустой, с почти пустыми собственными баками «Геркулес» на прощанье мигнул огнями, покачал крыльями, а затем, сделав плавный разворот вправо на 90°, пошел на запад. Майор Хэтуэй проводил его взглядом. «Вот эти ребята: Нортон, Рейнолдс, Левандовски, — думал он, — и есть настоящие герои сегодняшней операции. Они во время полета даже в туалет нормально сходить не могли. А через час им предстоит посадить свой громоздкий драндулет “Геркулес” на палубу авианосца. Второй раз в истории авиации. И они это сделают, не сомневаюсь. Но не удивлюсь, если они выйдут из кабины совсем седыми».
123
Звучит поразительно, но это правда: в отличие от русских дальних бомбардировщиков «Ту-95», где в первых серийных машинах не было даже туалетов (!!!), «В-2» оборудован полноценной кухней и кроватями для отдыха экипажа.
125
Эффективная площадь рассеивания (ЭПР) в радиолокации — площадь воображаемой поверхности, которая, будучи помещена в точку нахождения цели, перпендикулярно лучам локатора, создаст в точке расположения радиолокационной станции такую же плотность потока отраженной мощности, как и реальная цель. Другими словами, ЭПР равна площади сплошного листа, который, если им заменить реальный объект (например, самолет), вернет на радиолокатор волну такой же мощности, как и сам объект. Измеряется в м2. ЭПР объекта зависит от формы, размеров, материала, из которого он изготовлен, а также от ориентации относительно приемника (локатора), ЭПР реальных объектов: истребителя — 3 — 12 м2, автомобиля — 3 — 10 м2, тяжелого бомбардировщика — 13 — 20 м2 и выше, крейсера — 12 000 — 14 000 м2, человека — 0,8 — 1м2, лебедя-шипуна — менее 0,0228 м2. ЭПР стелс-бомбардировщика «B-2 Spirit» колеблется в пределах 0,0014 — 0,1 м2. Это значение гораздо ниже минимальной ЭПР, на которую реагируют зенитные ракеты или ракеты истребителей (0,3 м2). То есть для самонаводящихся ракет стопятидесятитонный «В-2» просто не существует.