К счастью, после развода мы с женой продолжили общаться. Нас объединяло желание вырастить детей в здоровой и спокойной атмосфере настолько, насколько это было возможно. И нам это удалось. Мы не позволили распавшемуся браку испортить наши отношения с детьми. Начиная с той осени я постоянно участвовал в жизни детей. Мы с бывшей женой остались добрыми друзьями; она со временем вышла замуж за отличного парня, с которым у меня тоже вполне дружеские отношения. И пусть мы не сохранили брак, но в отношениях с детьми добились успеха, которого я не видел ни у одной разведенной пары.
Для того чтобы все это узнать, мне для начала нужно было выбраться из эхо-комнаты. У каждого из нас есть такая. Какие слова звучат в вашей?
Может быть, вас дразнили в школе. Вы стали жертвой вербального или физического насилия со стороны родителя, старшего брата или сестры. Возможно, вы совершали поступки, за которые вам стыдно, или другие люди сделали с вами что-то, за что вы не можете их простить. Возможно, вы получили душевную травму из-за событий, в которых не принимали участия лично, но которым, к сожалению, стали свидетелем – и не можете расстаться с этими впечатлениями по сей день. Например, когда вы были ребенком, ваши родители часто устраивали безобразные ссоры. И теперь, как только вы замечаете малейший намек на расхождение во мнениях с собеседником, вы всеми силами стараетесь избежать открытого спора. Дело не в том разногласии, с которым вы столкнулись сейчас, – вы пытаетесь предотвратить ссору, случившуюся добрых 30 лет назад.
Как бы там ни было, у вас наверняка есть собственная эхо-комната, и в ней звучит внутренний монолог. Это касается каждого.
Конечно, особенно чудовищный вариант эхо-комнаты – у ветеранов войн.
На одной из передач моего подкаста «Сила мысли» я взял интервью у капитана Джерри Еллина – самого настоящего героя, представителя «величайшего поколения»[20]. Джерри записался в армию в день своего восемнадцатилетия, всего за несколько месяцев до бомбардировки Перл-Харбора[21], а потом высадился на Иводзиме в составе 78-й эскадрильи. На участке в восемь квадратных миль 67 тысяч американских морпехов сражались с 23 тысячами японцев. После сражения на солнце остались гнить 28 тысяч тел: 21 тысяча японцев и около семи тысяч морских пехотинцев.
«Когда мы приземлились, я сразу почувствовал запах смерти, – говорит Джерри. – Он не покидает меня до сих пор».
Через месяц он стал участником сверхдальнего перелета в рамках первой подобной миссии воздушных сил США над территорией Японии. Самое удивительное то, что он поучаствовал и в самой последней воздушной миссии в той войне. Из тех молодых пилотов, вместе с которыми он служил, 16 не вернулись домой.
Когда Джерри возвратился с войны, он словно провалился в черную дыру. Он рассказывает, что следующие 30 лет пребывал на пороге сумасшествия. Он не мог работать, не мог ничего делать, не мог говорить о том, что пережил на войне. Он не понимал, почему ему повезло выжить в то время, как многие его друзья погибли. У Джерри была любимая жена и четыре замечательных сына, но даже несмотря на это он никак не мог выбраться из своей эхо-комнаты и вернуться в мир живых людей. Так он и жил: погруженный в депрессию, одинокий, лишенный всякой надежды.
В 1975 году он узнал о практике медитации, и за несколько месяцев ее использования в нем понемногу стала пробуждаться воля к жизни. Теперь он ездит по всему миру и рассказывает свою историю, а также работает над тем, чтобы подарить надежду и исцеление новому поколению ветеранов войн, старающихся побороть посттравматический стресс.
Выбраться из депрессии Джерри помогла медитация. Но это не единственный способ. Еще один путь – кататься на лыжах с горы Монблан.
В 2017 году я вместе с четырьмя ветеранами войск спецназа и съемочной группой поехал на пять дней во французский город Шамони. Там мы взобрались на Монблан – самую вершину Альп, чтобы снять документальный фильм «Герои большой горы» о том, как ветераны войн возвращаются к мирной жизни. Многие из этих мужчин и женщин повидали и испытали настоящие ужасы, от которых у них до сих пор остались страшные воспоминания. И от них никак не удается избавиться. В этой внутренней борьбе им не могут помочь люди, не прошедшие через то же самое, что и они. Есть масса терапевтических подходов, чья эффективность доказана на практике, но Администрация по делам ветеранов обычно ограничивается тем, что прописывает таблетки. Человек попадает в круг зависимости от препаратов и по существу не может избавиться от проблемы – поскольку с ней никто не хочет разбираться. Мы, в свою очередь, должны искать возможности вновь сделать ветеранов полноценными активными членами общества, а не пичкать их снотворным.
20
«Величайшее поколение» – термин из одноименной книги журналиста Тома Брокау (1998), относящийся к гражданам США, чье детство пришлось на Великую депрессию, а юность – на Вторую мировую войну.
21
Перл-Харбор – гавань на острове Оаху (Гавайи). Зимой 1941-го была подвергнута атаке японской авиации из-за того, что рядом располагались военно-морская и воздушная базы США. В результате США вступили во Вторую мировую войну.