В свадебном цикле почти всех европейских народов присутствовали обряды, символизировавшие соединение и самой брачной пары. Например, на свадебном пиру молодые ели из одной тарелки и пили из одного бокала. Недаром в античном Риме одна из древнейших и торжественнейших форм заключения брака носила название «confarreatio», указывавшее на то, что новобрачным по ритуалу полагалось съесть вместе пшеничную лепешку.{493}
Другой формой установления союза двух семей и их родственных групп служил обмен дарами, происходивший в определенные моменты свадебного цикла (весьма различные в разных конкретных вариантах), а также на протяжении периода, порою длительного, между помолвкой и свадьбой в дни семейных и календарных праздников.{494} Наиболее обильный обмен дарами совершался в день бракосочетания. Эти дары, т. е. подношения с последующим отдариванием, отличаются по самой их сути от выкупа невесты, вручаемого стороною жениха в виде денег или установленных традицией вещей, хотя порой этот выкуп внешне выглядел как простой подарок.
Итак, основные обряды брачного цикла выполнялись несколькими категориями участников, за которыми традиция строго закрепила те или иные обязанности. Однако многие ритуалы проходили при широком заинтересованном внимании и участии всех местных жителей: сельского коллектива, квартала, церковного прихода и т. п. Чем ближе подходил день свадьбы, тем шире распространялась весть о ней. Официальным уведомлением всего общества о предстоящем событии служило обручение и трехкратное церковное оглашение. Приглашенных на свадьбу было много: учитывались родственные отношения, соседские связи, общественное положение. За столами рассаживались в строго определенном порядке в соответствии с родственной близостью к брачующимся и социальным положением. Те, кто не получил официального приглашения, могли прийти потанцевать. Таким образом, круг участников свадьбы еще больше расширялся.
Соседские связи нашли яркое выражение в обычаях помощи при организации свадебных торжеств и будущей жизни молодоженов. Иногда еще в преддверии свадьбы делались необходимые подношения. Например, в Швеции жених с товарищами, а невеста с подругами обходили односельчан, собирая продукты или вещи для своего будущего хозяйства. Близкие по смыслу обычаи бытовали у поляков в Карпатах, у чехов, словаков, народов Югославии и болгар. Все собравшиеся одаривали молодых. Наконец, был еще один вид помощи: непосредственное участие в сложном деле организации свадебных торжеств и приготовлении угощения. Односельчане охотно оказывали поддержку новой семье еще и потому, что каждый из них мог, в свою очередь, рассчитывать на соседскую солидарность.
Если брак во всем многообразии его форм находится в определенной зависимости от общественных отношений, господствующих в данном обществе в тот или иной период, то свадебная обрядность таит в себе напластование буквально всех эпох развития традиционной культуры — от древнейших магических приемов и веры в сверхъестественное до стандартов эмоционального поведения новейшего времени.
В непосредственной реализации обычаев через ритуалы, символы, магические приемы, игры и прочее наблюдается большая вариабельность. Собственно этническая специфика обряда заключается прежде всего в его вербальном оформлении, в песенном, музыкальном, хореографическом сопровождении, обрядовой одежде, составе даров. В этот комплекс неразрывно включаются религиозные представления, которые идут от самих глубин первобытного миропонимания и переплетаются с церковными обрядами православия, католицизма, протестантизма и ислама. Церковные ритуалы венчания повсюду дополнялись элементами традиционной обрядности, ее приемами и символами: хлеб и иная ритуальная еда, свежая зелень и цветы, зерно, вода, курица и многие другие атрибуты магии плодородия в разных сочетаниях дополняли церковную службу, придавая бракосочетанию особый колорит.
Однако при исследовании свадебных обрядов у народов зарубежной Европы выявляется также и идентичность их важнейших элементов. Необходимо сразу же оговориться, что нет оснований, на наш взгляд, стремиться дать каждому элементу обрядности (действию, предмету и речевой формуле) какое-либо одно толкование. Дело в том, что обрядовые действа почти всегда неоднозначны. Объяснения самих участников обряда подчас противоречивы: в XIX в. смысл выполняемых действий и произносимых формул не всегда был понятен их исполнителям, зачастую они просто следовали примеру предыдущих поколений или наполняли старые обряды новым содержанием.