Теперь он мог позволить себе роскошь спрыгнуть с локомотива и вернуться назад, чтобы осмотреть щиты, установленные по бокам двух загадочных грузовых вагонов.
МИСС ВИРДЖИНИЯ МОНТГОМЕРИ’С
ЛЕТАЮЩИЙ ЦИРК
... он прочел там.
- О, - сказал он. - О боже.
Труппа потеряла почти восемь часов из-за неожиданной остановки в забытых горных выработках и стремилась наверстать упущенное. Щиты были сняты, Хорст добродушно протянул руку помощи, где только мог и разрешал, в попытке компенсировать им неудобства, обнаружив, что на одной машине были установлены три фюзеляжа "энтомоптера" в грузовых рамах, а на соседней - один фюзеляж побольше, несколько ящиков с запчастями и солидный резервуар для топлива.
Хорст никогда близко не видел энтомоптеров, и его пришлось отгонять от них, когда в ход был пущен ручной кран, установленный в конце вагона, несущего троих рядом со своим соседом. Здесь, по крайней мере, его помощь приветствовалась, и он с энтузиазмом повел первый самолет вверх, поперек, а оттуда вниз, на погрузочную трассу, проходившую вдоль отрога.
Когда несущая рама машины была разблокирована и снята, Бекки присоединилась к Хорсту. Он видел фотографии и рисунки маленького маневренного самолета, обычно иллюстрирующие захватывающие истории о твердолобых пилотах, которые еженедельно попадали на своих похожих на стрекоз скакунах в сложные ситуации. Видеть один из них крупным планом — сплошь заклепки, листовая сталь и соединения — было гораздо более ... механическим.
- Я думал, у них крылья побольше, - сказал он, пытаясь сделать разумный комментарий.
Бекки рассмеялась, показывая, что это, в конце концов, не так уж и разумно.
- Это всего лишь ножки крыльев. Крылья демонтируются для путешествий. Мы должны их надеть. - Она посмотрела на свои наручные часы, модель крепкого мужчины, которые она носила повернутыми внутрь. ‘ И ты должен сделать это как следует. Не хочу потерять одного в полете. Она серьезно посмотрела на него. - Это было бы плохо. - И она улыбнулась.
Когда каждый энтомоптер выгружался из поезда и его каркас снимался, его вручную откатывали в сторону на шасси, чтобы за ним мог последовать следующий. Каждая из них была раскрашена по-разному, каждая была адаптирована к персонажу шоу-пилота. Хорст попытался сопоставить их с тем, что он знал об этих женщинах, с умеренным успехом. У него был свободный старт с самолетом мисс Вирджинии Монтгомери — он уже научился не называть ее "Джинни", — поскольку ее самолет сошел с поезда первым и он внимательно осмотрел его первым, поэтому обратил внимание на ее имя, написанное плавной медной краской по краю кабины. С мисс Минк Чой было легко; во всем мире нет ничего более привлекательного для обычного человека, чем подчеркивание необычного и экзотического. В этой буколической европейской обстановке, где большинство даже никогда не видели лица, которое не было бы кавказским, можно было с уверенностью сказать, что ее восточные корни будут использованы по полной программе. Таким образом, ее энтомоптер был настолько типично восточным, насколько это было возможно, с китайскими драконами по бокам, скрещенными японскими мечами на руле направления и надписью на языке, который, по мнению Хорста с ограниченными лингвистическими способностями, выглядел как сиамский, идущей вертикальной колонкой по верхней поверхности носа. Под каждым драконом было написано в псевдокитайском стиле "".[6]
Помогая Минк закрепить крыло, пока оно было прорезано, зафиксировано и закреплено болтами, он спросил ее:
- Могу я спросить, откуда вы родом?"
- Нью-Йорк, - ответила она, не отрываясь от работы.
- Нет, я скорее имел в виду твоих предков.
- Корея. С чего такой интерес? - Она заметила, что он перевел взгляд на фюзеляж энтомоптера. - А, это. Не обращай внимания. Это только для простаков.
Хорст улыбнулся. Глупости.
- Давненько не слышал этого слова, - сказал он, перескакивая через тот период времени, когда он был очень мертв даже по стандартам нежити. - Какое-то время я помогал устраивать карнавал.
Она снова подняла глаза.
- Красивое американское слово, - сказала она. - Где был карнавал?
- Англия, но по силе у нас был... - Он сделал паузу, обдумывая, как объяснить, что ‘американец’, от которого он узнал это слово, на самом деле был демоническим созданием, созданным из крови Люцифера. Это казалось большой работой и, вероятно, привело бы к тому, что все доброжелательность, которую он заработал у Минк и ее товарищей, испарилась бы. Он ограничился тем, что сказал: -"американец", - и на этом остановился.