Выбрать главу

Но вскоре у Алекса уже рябило в глазах от всех этих картин, скульптур, статуй, статуэток, находок прошлого и изделий из настоящего. Он поспешил закончить экскурсию, так как больше его переполненный рассудок не воспринимал. Выйдя из музея в сад, он вновь очутился в компании графа Рута.

– Ваше величество, как вы относитесь к лошадям? – вкрадчиво спросил граф.

– Положительно, – ответил монарх.

Алекс действительно очень любил лошадей, хотя времени для общения с ними постоянно не хватало.

– Тогда, я думаю, вас заинтересует еще кое-что.

– Вы имеете в виду конюшню?

– Именно! – торжественно произнес Рут. – В императорской конюшне находится нечто, что, несомненно, достойно вашего внимания.

– Ну, веди, – заинтересовался землянин.

Форман охотно затрусил к конюшням, за ним не спеша шли Алекс и Алеандра. Дракон и оборотень приотстали, для них конюшня не представляла большого интереса – один получил то, что хотел, другой уже успел проголодаться, и мечтал взять реванш у дракона по поглощению съестного.

У входа в конюшню их встретил главный конюх, с многочисленными помощниками. Представился он, как Жерар.

– Покажите его величеству то, что является гордостью императорских конюшен! – с ходу приказал граф.

– Я бы не назвал это гордостью, скорее проклятьем наших конюшен, – холодно ответил конюх, бросив на градоначальника недобрый взгляд.

Граф хотел было рассердиться, но конюх уже вошел в конюшню. Заинтригованный контрабандист поспешил за ним. Жерар, не останавливаясь, прошел в самый конец длинного помещения. И как землянину не хотелось остановиться и внимательно рассмотреть прекрасных представителей лошадиного мира, он не останавливал конюха, чувствуя что-то необычное – даже чувство опасности начало давать о себе знать.

Жерар остановился перед кованой дверью, повернул ручку, и нехотя её толкнул. Предчувствие не обмануло контрабандиста.

В отдельном стойле, за толстыми железными прутьями, находился конь – если его можно было назвать конем. Скорее это был зверь – настоящий дикий зверь, имеющий внешнее сходство с конем. Его светло-коричневую шкуру покрывали темно-коричневые пятна – это первое, что бросалось в глаза. Он был несколько выше обычных скаковых лошадей. Длинные тонкие ноги, широкая грудь, тугие мышцы, змеями перекатывающиеся под пятнистой шкурой. Зверя буквально распирала дикая, необузданная сила.

– Ну, как ваше величество, хорош? – заискивающе спросил Форман.

– Хорош, – не отрывая глаз от жеребца, ответил Алекс.

В комнату набилось много народу: Алеандра, так же с неподдельным интересом рассматривающая чудо, Квирт с Арушем, бросившие на жеребца равнодушный взгляд, и несколько конюхов, с опаской застывшие поближе к выходу.

Но конь, мимоходом взглянув на вошедших, все свое внимание уделил Алексу, интуитивно угадав, кто здесь главный. Они внимательно рассматривали друг друга – один восторженно, другой настороженно.

– Откуда он у вас? – спросил контрабандист у конюха.

– Из Южного континента, – хмуро ответил тот. – Небольшие стада этих лошадей, если их можно назвать лошадьми, до сих пор встречаются в их прериях. Хотя говорят, что лета триста, четыреста тому назад, их там водилось намного больше. Живым удалось привести только одного из них. Остальные, или убивали охотников, или погибали сами.

– Что, сильно буйные?

– Не то слово, ваше величество, – тяжело вздохнул конюх. – Их зовут леопардовыми лошадьми, и не только из-за масти. Этот уже убил нескольких моих лучших конюхов, а так же тех несчастных, которых Людвиг присылал сюда, для наказания. Причем нескольких сожрал.

– Что?!

Громкое торжествующее ржание заглушило вопрос императора. Жеребец ржал, гордо закинув голову, и обнажив внушительного вида клыки. Этот конь оказался плотоядным.

– Видели? – с ненавистью смотря на жеребца, спросил Жерар. Жеребец ответил ему таким же ненавидящим взглядом. – Эта тварь жрет почти одно только мясо. Причем предпочитает живое. Всякий, кто войдет внутрь клетки целым не возвращается. Либо откусит чего-нибудь, либо забьет до смерти, либо вообще, сожрет.