Выбрать главу

Буддийско-мусульманские доктринальные отношения: прошлое, настоящее и будущее

Первоначально со многими примечаниями опубликовано в «Buddhist Attitudes toward Other Religions», ed. Perry Schmidt-Leukel. St. Ottilien: EOS Verlag, 2008, p. 212 - 236.

Введение

На протяжении последних тринадцати с половиной столетий буддисты и мусульмане взаимодействовали друг с другом в культурной, политической, экономической, а иногда и военной областях. Взаимоотношения во всех этих сферах, в зависимости от места, времени, а также отдельных личностей и правительств, вовлечённых в них, были различными – от дружественных до враждебных. Истории областей взаимодействия в отличие от анализа доктринальных отношений уделялось большое внимание. В данной статье, сделав обзор этого аспекта отношений в прошлом и настоящем, я хотел бы рассмотреть перспективы и основания для будущего диалога. Обсуждение затронет преимущественно буддийскую точку зрения на доктринальные связи, особенно в рамках индо-тибетско-монгольских культурных сфер.

Исторический обзор Омейядского и Аббасидского халифатов

Первые связи между буддистами и мусульманами были установлены в середине VII века н. э. на территории современного Афганистана, восточного Ирана, Узбекистана, Туркмении и Таджикистана во времена правления арабо-омейядского халифата. Омейядский арабский писатель Омар ибн аль-Азрак аль-Кермани пытался разъяснить буддизм своей исламской аудитории. В итоге в начале VIII века н.э. он составил подробное описание монастыря Нава Вихара в Балхе (Афганистан) и основных буддийских обычаев, которые в нём соблюдались, объясняя их с точки зрения аналогичных особенностей ислама. Так, в описании главного храма он сообщает, что в его центре расположен покрытый тканью каменный куб, вокруг которого верующие совершают обходы и выполняют простирания, подобный Каабе в Мекке.

Сочинения аль-Кермани сохранились в труде X века н.э. – «Книге стран» (араб. «Китаб ал-булдан») автора Ибн аль-Факих аль-Хамадани. Буддийские же учёные того времени, похоже, не стремились ознакомить буддистов с мусульманскими обычаями и верованиями. По крайней мере, нет ни одного документального подтверждения этого.

С 715 приблизительно по 727 гг. н.э. Тибет состоял в военном союзе с Омейядами. В этот период халиф Умар II издал указ, согласно которому все союзники Омейядов должны были принять ислам. Чтобы не ставить союз под угрозу, тибетская императрица Джинченг попросила прислать в Тибет исламского священнослужителя. Халиф отправил аль-Салита ибн Абдуллаха аль-Ханафи. Однако тибетские буддисты не проявили искреннего интереса к исламу. Нет никаких свидетельств того, что этот визит способствовал межрелигиозному диалогу или обращению тибетских буддистов в ислам. Скорее всего, прохладный приём, оказанный в Тибете аль-Ханафи, был обусловлен влиянием ксенофобской оппозиционной фракции при тибетском императорском дворе.

Дальнейшее взаимодействие буддийской и мусульманской доктрин прослеживается во второй половине VIII века н.э. в период правления Аббасидского халифата. Халиф аль-Махди, а затем и халиф аль-Рашид приглашали в Дом знаний (араб. Байт ал-хикмат) в Багдаде буддийских учёных из Индии и монастыря Нава Вихара в Балхе. Он поручал им переводить на арабский язык санскритские тексты, прежде всего по медицине и астрономии. Однако в конце X века н.э. Ибн аль-Надим в «Книге каталогов» (араб. «Китаб ал-фихрист») перечислил и несколько буддийских работ, которые были переведены в то время на арабский язык. Среди них была «Книга Будды» (араб. «Китаб ал-Будд») – арабское изложение прошлых жизней Будды, которое основано на двух санскритских текстах: «Чётках изложений предыдущих жизней» (санскр. «Джатакамала») и труде Ашвагхоши «Деяния Будды» (санскр. «Буддхачарита»).

Несмотря на интерес мусульманских учёных к буддизму, не существует никаких подтверждений подобной заинтересованности исламскими верованиями или переводом исламских текстов со стороны буддийских учёных того времени. Иногда в районах буддийских монастырских университетов располагались как буддийские, так и мусульманские общины, однако нет никаких свидетельств того, что в каком-либо из этих монастырей проводились философские дебаты с мусульманскими учёными. Дебаты происходили только со сторонниками небуддийских индийских философских систем, в основном в центральной части Северной Индии до появления там ислама. В санскритских буддийских философских трактатах – того времени и более поздних – нет упоминаний об исламских верованиях.