Формы буддизма. Теория и практика течений, школы
То, что на втором буддийском соборе обнаружились различия в понимании сути учения, не означает, что их не существовало ранее. Если даже сам Будда не давал четких определений многим вещам, о которых рассуждал, то что тогда можно говорить обо всех остальных. Люди очень разные, и естественно, что буддийская, равно, как и любая другая, традиция понимается и толкуется ими по-своему. И вряд ли за это их можно осуждать, ведь так происходит не по чьему-то личному коварному умыслу, а по причине собственного ужасающего несовершенства. Если бы было иначе – наш мир стал бы иным, намного более добрым и светлым. Но буддийская космология говорит о том, что в сансаре рассчитывать на подобное не приходится. Во всяком случае, не теперь, когда жизненный цикл Вселенной медленно, но неотвратимо близится к своему концу. Если не появится какой-нибудь будда, способный, как некогда великий Амитабха[17], силами собственного самоотречения, самопожертвования и сострадания спасти свою планету, вытянув ее целиком из колеса сансары, человечество ждут времена, когда эгоизм разовьется настолько, что каждый будет открыто ненавидеть каждого. Срок человеческой жизни сократится тогда примерно до срока жизни собаки. Люди не смогут выносить даже внешнего вида друг друга. Они разбредутся по планете, стараясь не встречаться, а при встрече сразу же будут пытаться убить друг друга. Безрадостная перспектива…
Итак, раскол в рядах сторонников буддийского учения, официальное начало которого, можно считать, было положено на втором соборе, ко времени третьего собора привел, как уже было отмечено выше, к разделению на две главные школы – тхераваду и махаяну. Учение махаяны стало популярным к северо-востоку и востоку от Индии, на территориях современных Китая, Японии, Кореи, Непала, Вьетнама и Тибета, в Монголии и на территории России – в Калмыкии, Бурятии и прочих регионах.
Тхеравада распространилась к югу и востоку – в современных Таиланде, Бирме, Шри-Ланке, Лаосе и других странах.
Всю дальнейшую историю развития буддизма исследователями и самими сторонниками учения принято рассматривать в контексте противостояния этих двух направлений. Последователей тхеравады махаянисты – в противовес себе самим – стали называть «хинаянистами», от слова «хинаяна» – «малая колесница» (правда, некоторые исследователи пытаются выделить хинаяну в отдельную школу, однако другие не согласны с подобной точкой зрения).
Малая – не малая, но источники говорят о том, что школа тхеравады – более древняя, чем школа махаяны, поскольку сформировалась она сразу после смерти Будды, а если выразиться еще точнее – тхеравадинами стали называть себя самые первые ученики гуру. Именно тхеравада стала наиболее консервативной ветвью буддизма, возможно, потому, что в нее вошли самые близкие к Учителю и фанатично преданные делу последователи, те, которые стремились сохранить каждое наставление, каждый эпизод из жизни Будды. Многие тхеравадины верили в божественную сущность Будды, иначе говоря, считали его богом, воплотившимся в человеке. Вообще для древнеиндийской традиции характерно восприятие неординарного человека как божества. Тем не менее для основной массы последователей тхеравады Будда был человеком, который обрел просветление и показал всем остальным, как достичь того же самого. Интересный момент: буддизм утверждает, что, как только человек становится буддой, он тотчас перестает быть человеком. Ведь человек – это одно из существ мира сансары, подверженное страданиям, смерти и перерождениям. Для будды же все эти горестные моменты перестают существовать в принципе.
Достижение просветления понималось тхеравадинами как самое что ни на есть буквальное следование образу жизни Будды Шакьямуни, практике его победоносной медитации под деревом Бодхи – а мы помним, как все это происходило, что зачастую приводило к летальному исходу, причем без какого-либо подтверждения обретения просветления адептом. Тхеравада была монашеской общиной, по естественным причинам зависящей от мирян и, тем не менее, совершенно не ориентированной на них. Тхеравадины пользовались их услугами, но сами, в отличие от собственного Учителя, пеклись только об одном – о личном спасении.
Высочайшая цель человеческой жизни, по мнению тхеравадинов, заключается в том, чтобы за время своего существования человек успел стать арахантом – существом, вырвавшимся из оков материального мира. Безусловно, это высокая цель, ведь считается, что араханты после смерти сразу отправляются в нирвану, они полностью освобождаются от перерождений и мук, связанных с ними. Таким образом, арахант – это идеал тхеравады.
17