– Дани, это и тебя касается, мой друг. Сдай, пожалуйста, назад и не делай вид, что не слышал.
Водитель не отвечает, но дает газ и врубает задний ход.
Танк пятится, медленно взбираясь по каменистому склону. Олег высовывается из люка и пытается «определиться с неприятностями», то есть разглядеть среди поднятой гусеницами пыли препятствия – вроде чреватых проблемами скальных выходов, но ничего толком не видно. Слева от них, добавляя дыма и пыли, карабкается на гору начавший подъем на несколько секунд раньше «Пирожок-2». Справа – тоже обогнавший командира «Пирожок-4». Третий «пай» замешкался и несколько отстал, тяжело ворочаясь среди колючих кустов и крупных валунов на крайне левом фланге.
– Не торопись, – предлагает Олег своему водителю, оценив крутизну склона. – Не гони лошадей, Дани. Здесь угол большой, как бы не навернуться на фиг!
Мысль о падении «с переворачиванием» подтягивает за собой другую, грустную, мысль: «могут ведь и пальнуть».
Олег поворачивается лицом к долине. Если смотреть над уровнем «запыления», вид со склона горы Джабель Барук открывается, прямо сказать, изумительный, вот только на той стороне – всего в каких-то трех километрах по прямой – засели сирийцы, их покоцанная[22] накануне Третья бронетанковая дивизия. И щекочет яйца холодком нетривиальное предположение: а что как у арабов есть про запас какая-нибудь хрень покруче танковой стопятнадцатимиллиметровой пушки? Впрочем, как помнилось из давнего уже курса подготовки, и «елда» с Т-62 могла закинуть осколочно-фугасный снаряд аж на шесть километров. Не подкалиберный, конечно, тем более не кумулятивный, однако проверять на себе эффективность такой стрельбы не хотелось. Особенно если торчишь из башни «Паттона», словно средний палец в американском нецензурном жесте.
Танки ревут, пыль, ожившая под легким ветерком, тянущим вдоль горного склона, начинает подниматься выше. А еще выше – над пылью и танками, над долиной и горами – растворяется в хрустальной голубизне необъятный купол летнего неба, чистого, прозрачного, наполненного лишь солнечным сиянием. Впрочем, тут же – словно желая вернуть Ицковича к реальности – над долиной проносится пара геликоптеров.
«Хорошо хоть не сирийские…» – но додумать не удается.
«Всем Самцам, – раздается в эфире на батальонной волне, – говорит Главный Самец, противник с фронта, огонь!»
…Резервистов подняли по тревоге за три дня до начала операции «Мир Галилее»[23]. Ну, то есть, что дело идет к войне, не знали только дураки и дети. Однако танкистам «цав шмоне»[24] разослали буквально накануне. А девятого, то есть позавчера – уже шел третий день войны, и ЦАХАЛ бодро продвигалась по всем трем направлениям – приказом штаба из резервистов сформировали сводную дивизию «Коах Йоси»[25], имевшую ярко выраженный противотанковый характер. В самой же дивизии, как можно догадаться, специально заточенной под выбивание сирийских танков в долине Бекаа, бронетехники было мало – сплошь мотострелки и противотанковые средства. Но одной из бригад[26] придали батальон Магах-6[27]. Вот так, проведший начало войны в тылах наступающей армии, Олег Ицкович со своим экипажем и танками взвода оказался на направлении главного удара, в нескольких километрах от стратегического шоссе Дамаск – Бейрут. Однако уже одиннадцатого, когда они вошли в долину, заняв позиции на склоне горы Джабель Барук, танкисты со смешанным чувством разочарования и облегчения узнали, что на полдень назначено прекращение огня. Ну, а отходить под прикрытие деревьев, буквально жопой нащупывая дорогу на крутом склоне, танки начали в одиннадцать тридцать три…
«Всем Самцам, – раздается в эфире на батальонной волне, – говорит Главный Самец, противник с фронта, огонь!»
И тут же справа, из болота, где прятались машины с противотанковыми ракетами «Тоу», и откуда-то сверху – из-за спины танкистов – на асфальтовую нитку шоссе, тянущуюся внизу по долине, с визгом и свистом сыпанули медлительные, словно шершни, тушки ракет. Олег как завороженный смотрел им вслед, но недолго. Двинулась башня, шевельнув стволом, и Ицкович увидел неизвестно откуда взявшуюся внизу на дороге колонну сирийских танков.
«Твою мать!» – мелькнуло в голове, пока он падал в люк и прижимался к окулярам эпископа.
– Дистанция тысяча семьсот. Огонь!
Ари стреляет – успев, видимо, навестись еще до приказа, – и тут же докладывается о готовности.
– Давай! – кричит Олег. – Давай! Давай!
Пушка стреляет. Один, два… серия!
22
На самом деле 3-я сирийская бронетанковая дивизия осталась накануне практически без танков, и позиции на противоположной стороне долины занимает спешно подошедшая из резерва 1-я бронетанковая дивизия, но Олег Ицкович этого знать пока не может.
23
Операция «Мир Галилее» – название, принятое в Израиле для начальной фазы Ливанской войны 1982 года.
25
Приблизительно переводится как «Сила Йоси» – аналог принятых в Советской армии обозначений типа «Хозяйство Иванова», «Группа Петрова».
27
Магах – «Удар тарана» (