Нет, следовательно, никаких оснований, чтобы оправдать захват капиталом собственности на продукт чужого труда. У него нет никаких прав на плоды чужого труда, как бы его представители ни выдавали себя благодетелями, дающими рабочие места наемным работникам. Только собственность, основанная на индивидуальном или совместном труде, имеет оправдание, является справедливой.
Обоснованием права работника на продукт своего труда были заняты многие мыслители прошлого. Уже у Платона в его идеальном государстве мы находим модель коллективной трудовой собственности, которую он считал самой справедливой и благодаря которой он вовсе не имел в виду сделать как-то особенно счастливым один из слоев населения, но, наоборот, хотел сделать таким все государство в целом [243]. Для этого, с одной стороны, каждый человек должен вносить свой посильный трудовой вклад в жизнедеятельность общества–государства, с другой стороны, при росте и благоустройстве государства должны предоставляться всем сословиям возможность иметь свою долю в общем процветании соответственно их природным данным [244].
Один из самых ярких представителей социал-рикардианцев Т. Годскин считал, что «лучшее средство, чтобы обеспечить прогрессивное развитие как отдельных лиц, так и народов, это творить справедливость и допустить, чтобы труд владел и пользовался своим продуктом» [245]. Получение капиталистом прибыли (величина которой тем больше, чем меньше заработная плата рабочих) основывается на его праве собственности на средства производства. Но это право изначально несправедливо – ведь средства производства являются ничем иным, как результатами предыдущего труда все тех же рабочих. «Поскольку освящение права собственности направлено против притязаний рабочего обладать всем тем, что он производит, – писал Т. Годскин, – я всецело расхожусь с господствующими взглядами» [246].
Несправедливое распределение национального дохода имеет тяжелые социальные последствия и пагубно действует на развитие общества. «Власть присваивать продукцию рабочих, которой теперь обладают многие праздные люди, является, по-моему, главной причиной чванливой и пагубной скуки этих людей, которые неизбежно живут, не ставя перед собой полезных целей и задач» [247]. Одновременно «нас всегда обзывают наглецами и неблагодарными, если мы требуем больше того, чем довольствовался раб прежних времен, или больше того, чем в настоящее время довольствуется полуголодный раб в других странах» [248]. Тем не менее работники должны требовать, чтобы им отдавали весь созданный их трудом продукт, поскольку «право человека на свободное присвоение всего того, что он создает своим трудом, есть результат естественных законов…» [249].
Распределение полученного продукта могут осуществлять и сами производители: «лишь они должны решать какова доля каждого в общей продукции» [250]. Безусловно, часть продукта предназначенная для удовлетворения общественных и коллективных потребностей, не может идти на личное потребление работников, но если сами работники будут распределять весь полученный продукт, в том числе выделять определенную его долю на удовлетворение разного рода потребностей помимо своих личных, то требование, чтобы работники получали весь продукт своего труда перестает быть утопичным: ведь полностью присваивать продукт отнюдь не значит полностью пустить его на личное потребление.
П. Ж. Прудон, обосновывая свое знаменитое изречение «Собственность – это кража», выдвинул положение о том, что «работник, даже после получения им заработной платы, сохраняет естественное право собственности на произведенную им вещь» [251]. Заработная плата, выплачиваемая работнику, представляет собой лишь расходы на содержание и возобновление его силы. Капиталист не оплачивает громадную силу, возникающую благодаря сотрудничеству рабочих, благодаря единовременности и гармонии их усилий. Даже если капиталист оплатил индивидуальные рабочие силы, он не оплатил силы коллективной, а значит всегда останется коллективное право собственности, которое капиталист не приобретал и которым пользуется несправедливо.
Помимо этого, несправедливо и неравное положение сторон, заключающих трудовой договор: вознаграждение рабочего не превышает его постоянных расходов и не обеспечивает ему вознаграждения в будущем, между тем как капиталист находит в орудии, произведенном рабочим, залог независимости и обеспеченности в будущем [252]. Поэтому необходимо, чтобы работник, помимо заработной платы, обрел через свой труд гарантию пропитания в будущем. Необходимо, чтобы труд предстоящий постоянно возрождался из труда уже выполненного – таков всеобщий закон воспроизводства [253].
245
251