Неожиданно гитлеровцы прекратили обстрел, сняли осаду и отошли. Что бы это значило? Хотелось верить, что подошли наши и фашисты отступают.
Майор Стафеев сказал:
— Нужно использовать эту передышку, немедленно прорываться из вражеского кольца.
Большинство защитников устремилось к воротам. Несколько человек перелезло через забор на улицу Советских пограничников. Вдруг откуда-то из засады выскочили гитлеровцы. Стреляя из автоматов, они набросились на наших людей и многих пленили. Раненых зверски расстреляли на месте. Здесь погиб и несгибаемый большевик, замечательный командир, герой обороны военкомата Михаил Яковлевич Стафеев[26].
Мне и интенданту III ранга Лимонникову удалось вырваться из окружения и присоединиться к отходившим с боями частям Красной Армии. У. И. Кащеев, А. В. Лещев и Г. К. Бараненков сражались в партизанских отрядах на территории Белоруссии.
И. В. Кислов
Из пережитого
Игорь Венедиктович Кислов
В канун Великой Отечественной войны — начальник отдела эксплуатации и ремонта Саратовского авиазавода.
21 июня 1941 года, возвращаясь из командировки, оказался на Брестском вокзале, принимал участие в его обороне до 29 июня.
В конце июля вышел за линию фронта. В годы войны работал в Саратове.
Награжден несколькими медалями.
Член КПСС.
Ныне живет и работает в Воронеже. Ведет большую общественную работу.
Май 1941 года. Штаб 123-го истребительного авиационного полка. Представляюсь военному инженеру второго ранга Н. И. Толманову.
— Руководитель бригады по сборке самолетов ЯК-1.
Тут же представил членов бригады — мастера М. Д. Григорьева, авиационных мотористов Касаткина, Колоскова и других.
Вечером у нашей палатки собрались летчики и авиатехники. Они интересовались новой машиной, просили рассказать о ней — новейшем достижении отечественной техники. Особенно настойчивым был младший политрук Корчагин, замполит 1-й авиаэскадрильи. Невысокого роста, плотно сбитый, подвижной, он хотел знать каждую мелочь. Лейтенант Шунайлов, скромный, с умными пытливыми глазами, старший техник звена Чернышев и Корчагин ушли от нас уже после отбоя, когда все вокруг спало.
Утром нас представили майору Сурину Борису Николаевичу. Ему было не более тридцати. Чуть ниже среднего роста, с серыми быстрыми глазами, волевыми чертами лица, светловолосый, командир полка сразу же понравился нам. Чувствовалось, что это человек большой силы воли и кипучей энергии.
— Как долго будете собирать самолеты? — спросил майор.
— С вашей помощью управимся быстро.
— Учтите — граница! Самолеты нам нужны как воздух!
Секретарь полкового партбюро воентехник первого ранга Голицын собрал партсобрание с повесткой: «В сжатые сроки ввести в строй новые самолеты».
Комсомольцы под руководством комсорга Белобородова живо откликнулись на призыв парторганизации, быстро включились в работу. Особенно активно помогал старший техник звена управления Зотов, руководивший техсоставом.
Майор Сурин, обеспокоенный тем, что нарушение воздушных границ продолжается, требовал от капитана Савченко, командира дежурной эскадрильи, повышенной бдительности. Авиаэскадрилья располагалась на границе около Бреста.
Авиаэскадрильи на аэродроме менялись ежемесячно. И на основном аэродроме полка днем и ночью дежурило звено истребителей, готовых в любой момент подняться в воздух.
В те дни заместитель командира полка по боевой подготовке капитан Можаев находился в засаде со звеном самолетов на площадке в 4–5 километрах севернее Бреста. Во время полетов он много раз наблюдал, как на западном берегу Буга появлялись группы немецких офицеров, которые проводили какие-то работы.
19 июня прибыл инспектор ВВС округа. К этому времени уже весь личный состав части прошел теоретическую подготовку и неплохо разбирался в новой машине. Все двадцать ЯК-1 выстроились на аэродроме и были готовы к полетам.
— Когда же мы будем вводить в строй новые машины? — спросил Сурин у инспектора. — Ведь война на носу. А горючего и снарядов к ним нет.