Авиация противника все время висела над шоссе, атакуя колонны, гоняясь буквально за каждой машиной, за каждым человеком.
15 часов. Части дивизии достигли намеченного рубежа. Приступили к организации обороны, установили связь со штабом 14-го мехкорпуса и 4-й армии. Из штаба армии получен приказ — с утра 23 июня нанести контрудар по врагу с задачей отбросить его к границе.
Спустилась первая военная ночь, полная тревожных звуков: гудели машины, тут и там внезапно вспыхивали пулеметные, автоматные очереди. С высоты, от звездного неба, доносился прерывистый гул тяжелых вражеских самолетов.
В эту ночь мы пополняли боеприпасы, продовольствие, горючее, готовились к контрудару.
23 июня. Утро. Мы не успели развернуться для контрудара. Противник усилил натиск, стремясь как можно быстрее овладеть мостом через Мухавец в районе Жабинки.
Началось с того, что перед нашими позициями появилась легковая машина, а за ней — колонна. Благодаря бдительности воинов, коварный замысел фашистов был разоблачен. Мы взяли в клещи автоколонну и огнем из танков разгромили ее.
В этом встречном бою отличились танкисты 43-го танкового полка под командованием майора Дмитрука[39], который заменил раненого командира.
После неудачной попытки захватить переправу через Мухавец противник атаковал авиацией. А мы без прикрытия с воздуха оказались будто голый на ветру: ветер хлещет со всех сторон, а укрыться нечем.
И все-таки доблестные танкисты 22-й танковой дивизии и арьергардный отряд 6-й стрелковой дивизии под командой заместителя командира дивизии полковника Ф. А. Осташенко выстояли.
16 часов. Враг не продвинулся ни на шаг.
Встретив упорное сопротивление, фашисты вновь сосредоточили по нашим боевым порядкам артиллерийский огонь, пикирующие бомбардировщики атаковали с воздуха. Под давлением превосходящих сил противника дивизия стала отходить к Кобрину.
И здесь разгорелся один из самых ожесточенных встречных боев первых дней войны на нашем участке. Гитлеровцы бросили авиацию, танки и мотопехоту на части, находившиеся на марше. Танкисты развернулись в боевой порядок. Во главе контратакующих был генерал Пуганов. Он лично повел танкистов в атаку. На поле боя горели танки противника, горели наши. На отдельных участках кипели рукопашные схватки.
Обе стороны несли большие потери. Бой отличался необыкновенным упорством. В самый напряженный момент подбежал лейтенант. Голос у него срывается:
— Товарищ полковник, генерал Пуганов убит!
Оглушенный этой вестью, я невольно снял фуражку. Перестал слышать грохот боя. Обволокла тишина. Одна мысль в мозгу — погиб Виктор Павлович, погиб как герой, погиб, защищая Родину, погиб[40].
Генерал-майор танковых войск В. П. Пуганов.
Но и враг не добился успеха. Он откатился на исходные позиции.
Вступив в командование дивизией, я вместе с полковником Осташенко собрал разрозненные подразделения танкистов, пехотинцев. Бойцам был предоставлен короткий отдых. Но командирам не до отдыха: надо проверить обеспеченность оставшихся танков боеприпасами, горючим. Отдал приказ:
— Распределить боеприпасы и горюче-смазочные материалы равномерно по всем машинам.
Вторая военная ночь. Душно. Люди устали, а отдыха не предвидится. Мы вынуждены отходить. Необходимо соединиться с 205-й моторизованной дивизией полковника Кудюрова.
И это удалось. На рубеже Селец — Береза, по реке Ясельда, заняли оборону.
Утро 24 июня. Противник силами 47-го моторизованного корпуса возобновил наступление. И вновь сражение, которое осталось в памяти на всю жизнь.
Двигаемся проселочной дорогой, скоро — шоссе. Разведка доложила, что по нему одна за другой следуют вражеские колонны. По всему видно, что противник не подозревает о нашем приближении. Решено: огнем из танка подбить головную машину, затем, используя замешательство противника, обрушиться на него, не давая ему опомниться.
Воспользовавшись интервалом в движении колонны, наши танки сосредоточились в кустах у обочины шоссе. Пешие приготовили гранаты, пулеметы, все наличное оружие. Показалась большая автоколонна. Машины, строго соблюдая порядок и дистанцию, двигались без предосторожностей. Впереди — легковая. Проскочила. Бить по грузовой!
— Огонь!
Танки ударили, подожгли грузовик. Фашисты мечутся.
У нас боеприпасов мало, надо экономить. Лихо действуют танкисты капитана Ф. В. Мельникова, воентехника второго ранга И. И. Воронца и командира взвода воентехника второго ранга М. А. Косоплеткина. Танки их подразделений, вырвавшись на дорогу, начали давить гитлеровцев гусеницами.
40
Полковник в отставке Д. Т. Тытарь, бывший сотрудник газеты 22-й танковой дивизии, сообщает: «Когда в командирской машине кончились боеприпасы, отважный командир таранил своим танком вражеский. О подвиге генерала мы писали тогда в газете».