Он немного успокоился, открыл свой блокнот и бросил его на стол.
- Кстати, о формах. Ты знаешь, что это значит? Я видел такое в шахте, и гном по имени Мудрошлемер начертил такой знак из разлитого кофе, и знаешь что? Я думаю, он почти не сознавал, что делает.
Моркоу взял блокнот и с минуту серьезно рассматривал рисунок.
- Руна из шахт, сэр. – сказал он наконец – "Тьма Преследующая".
- И что она означает?
- Э… то, что там, внизу, дела плохи, сэр – уверенно сказал Моркоу. – О господи.
Он осторожно положил блокнот, как будто опасаясь что он взорвется.
- Ну, все-таки там убийство произошло, капитан – заметил Ваймс.
- Да, сэр. Но руна может означать кое-что похуже, сэр. Руны из шахт – странный феномен.
- А еще был похожий знак над дверью, только с одной горизонтальной линией – добавил Ваймс.
- О, это руна " Тьма Длинная ", сэр – пренебрежительно сказал Моркоу – просто обозначает шахту. Не о чем беспокоиться.
- А с другой руной – есть о чем? Это из-за нее грэги сидели в окружении свечей?
Удивить Моркоу всегда было приятно, но в этот раз он выглядел просто потрясенным.
- Как вы догадались, сэр?
- Всего лишь слова, капитан – отмахнулся Ваймс – "Тьма Преследующая" звучит неприятно. В такие времена лучше быть поярче освещенным, наверное? Когда я встретился с ними, они были буквально окружены свечами. Я подумал, может это церемония какая-то.
- Должно быть – осторожно согласился Моркоу – Спасибо за информацию, сэр. Я отправлюсь туда подготовленным.
Когда Моркоу направился к двери, Ваймс добавил:
- Еще кое-что, капитан.
- Да, сэр?
Ваймс не поднял взгляда от сэндвича, в котором он с изяществом отделял кусочки Л и П от поджаристого Б.
- Просто не забывай, что ты стражник, ладно?
Салли поняла, что дело неладно, как только зашла в раздевалку в своих новых блестящих доспехах и шлеме, похожем на миску для супа. Стражники, принадлежащие к различным видам, стояли вокруг, пытаясь выглядеть беззаботными. Вот уж что стражникам во все времена удавалось плохо, так именно это. Они наблюдали, как она подходит к своему шкафчику. Поэтому она открывала дверцу со всей возможной осторожностью. Полка была доверху набита чесноком.
А. Началось, и так скоро. И как раз, как только она подготовилась…
Там и тут позади себя она слышала тихое покашливание людей, которые пытаются не рассмеяться. Появились ухмылки; ухмылка издает особый звук, который можно услышать, если захотеть.
Она засунула в шкафчик обе руки и вытащила две огромных сочных головки чеснока. Все стражники стояли неподвижно и глядели на нее, когда она обходила комнату по кругу.
Особенно острая чесночная вонь исходила от молодого констебля, чья широкая улыбка внезапно застыла в уголках рта от нервного напряжения. Он выглядел как шут, готовый на все, лишь бы вызвать смех.
- Извините, констебль, но как ваше имя? – смиренно поинтересовалась Салли.
- Э… Фиттли, мисс.
- Это ваша идея? – требовательно спросила Салли. Она выпустила клыки, совсем чуть-чуть, только чтобы он их заметил.
- Э… всего лишь шутка, мисс…
- Ничего смешного – сладким голоском сказала Салли – Мне нравится чеснок. Практически, я люблю его. А вы?
- Э…да – ответил несчастный Фиттли.
- Отлично – сказала Салли.
Она сунула головку чеснока себе в рот так быстро, что Фиттли вздрогнул, и со смаком откусила большой кусок. Громкий хруст был единственным звуком в раздевалке.
Она проглотила чеснок.
- Боже, где мои манеры, констебль? – сказала Салли, протягивая ему вторую чесночную головку – Это для вас…
В комнате разразился громкий хохот. Стражники ничем не отличались от любой другой толпы. Роли в игре поменялись, ну что ж, так даже смешнее. Немного смеха, немного веселья. Никто ведь не пострадал, э?
- Давай же, Фиттли – сказал кто-то – Так будет честно! Она свой чеснок съела!
Кто-то другой, такой человек всегда найдется втолпе, начал хлопать в ладоши и скандировать: "Ешь! Ешь!" Остальные подхватили его слова, ободренные тем фактом, что несчастный Фиттли стал ярко-красного цвета.
"Ешь! Ешь! Ешь! Ешь! Ешь! Ешь! Ешь! Ешь! Ешь! Ешь! Ешь!"
Как человек, попавший в безвыходную ситуацию, Фиттли схватил чеснок, сунул его себе в рот и под аккомпанемент радостных криков откусил изрядный кусок. Салли заметила, как его глаза расширились.
- Младший констебль Хампединг?
Она обернулась. В дверях стоял молодой человек, сложенный, как бог[61]. В отличие от других стражников, его металлический нагрудник ярко блестел, а кольчуга не проржавела.