Ларю должен умереть — и он умрет, но не ценой гибели ни в чем не повинных людей! Я не пощадил бы свою любимую Джессику, доведись ей встать у меня на пути. Это наша работа, мы поклялись умереть ради спасения хотя бы одной-единственной жизни. Вот почему мне — как и остальным — потребовалось несколько секунд, чтобы переступить через данную клятву.
Ларю именно на это и рассчитывал. Когда мы открыли наконец огонь, в ангар влетела последняя видимая струйка магической энергии и влилась в грудь чародея. Рауль и Тина без чувств рухнули на палубу; меч Минди померк; мои темные очки померкли; нательная броня сделалась невыносимо тяжелой; у Джорджа упал с запястья медный браслет.
— Победа! — сомнамбулически возвестил Ларю, устремив безумный взгляд на прыгающую между пальцев молнию. И повторил еще дважды, убеждая самого себя: — Победа! Победа!
Все было кончено. Заклинание произнесено. Вильсон Ларю стал единственным магом на земле. «…Горе земле и морю, ибо дьявол сошел на вас! Он полон злобы, ибо знает, что немного времени ему осталось!»[72] Но пока что он выиграл…
XVII
…Сражение, но не войну. Я метнул в Ларю гранату с нервно-паралитическим газом. Даже не взглянув в мою сторону, он поймал ее, отправил в рот и принялся жевать, словно жвачку. Я хлопнул себя ладонью по лбу. Бороться с Алхимиком при помощи химии! Болван ты, Альварес!
Отец Донахью окутал ноги Ларю пламенем из огнемета; в тот же миг ударили оба «мастерсона». Сотни снарядов обрушились на злодея, не причинив ему никакого вреда.
— Режим четыре! — крикнул я, отбрасывая огнемет и берясь за тяжелую четырехствольную базуку.
Команда бросилась врассыпную, готовясь атаковать Ларю с разных сторон. Алхимик небрежно метнул молнию — она пролетела в ярде от Джессики. Оба одинаково изумились. Бывший библиотекарь еще не понял: все на свете требует навыка, высокая магия — тоже. Ларю обладал теперь могуществом Бога, но отнюдь не мастерством, — все равно что малое дитя с базукой. Пока он представляет большую угрозу для себя, чем для других. У нас еще есть надежда… Но она с каждой минутой убывает.
Ударившись о потолок, граната взорвалась как раз над головой Ларю; напалмовый дождь хлынул на него, загорелись волосы и одежда. Кен разбежался и прыгнул — я думал, на врага, но он лишь описал круг и снова присоединился к нам. Я обратил внимание на пистолет-пульверизатор у него в руках, глянул вверх: на стальном потолке расширяется шипящая окружность. Очевидно, у нас с Кеном головы работают в сходном режиме.
Громкий треск — и Ларю оказался погребенным под двадцатью тоннами стали. Он распластался на полу, как таракан под башмаком. Мы уже возликовали: наша победа! В следующий миг сила левитации подняла с пола стальной диск. Еще секунда — и он образовал с потолком единое целое, словно ничего и не было. Ларю с наглой ухмылкой поднялся на ноги — без единой царапины! Даже кимоно не помялось…
По моему сигналу его угостили ранцевыми снарядами. Однако по мере приближения к магу снаряды уменьшались в размерах и под конец становились не больше пуговицы, оболочка жалкой тряпицей падала к его ногам… Выпустив из гранатомета три оставшихся снаряда, я отшвырнул его и принялся строчить из автомата. Пустые гильзы величиной с кончик сигары так и выскакивали из инжекторного отверстия.
Джессика не отрывалась от «узи», но свинцовые пули лишь сплющивались и прилипали к его одежде. Истощив сорок четвертый, я стал палить по стенам из обоих «магнумов»: пули должны срикошетить с той стороны, где у него нет силового щита… Однако тяжелые боевые патроны падали ему на спину, как розовые лепестки, и лепестками же осыпались на палубу.
Подкравшись к магу и совершив сальто, Минди разрубила его пополам и откатилась в сторону. Хлынула кровь… Но половинки тотчас срослись — на магах все быстро заживает. А ведь он теперь единственный маг на планете, его сила многократно возросла… Нам нужно только одно: смертоносный удар по всем частям тела сразу! Или «Мозговой взрыв». Ларю повернулся к нам лицом, и с его ладоней соскочили два саблезубых тигра. Пришлось Минди повозиться. Потом в руке у него появился хрустальный жезл… нет, алмазный, с хрустальным шариком на конце — маленьким глобусом.
— Джессика, ко мне! — крикнул я.
Джесс пустилась бежать, стреляя на ходу.
Опустошив баллоны с плавиковой кислотой, Кен швырнул ставшее ненужным снаряжение в Алхимика. Оказавшись на уровне его жезла, баллоны, шланг и пульверизатор застыли в полете и вдруг устремились обратно к Сандерсу. Тот упал на колени — они начали снижаться. Несколько секунд Кен оставался неподвижным, но в последний момент резко взвился в воздух, и все летевшее врезалось в палубу, пробив ее наподобие метеорита.