2
Появился жрец в белой одежде. Это был человек средних лет с бритой головой и накинутым на левое плечо куском пятнистой рыжей материи, заменявшей в жаркую погоду шкуру леопарда[82]. Рядом шёл, напряжённо сосредотачиваясь костлявым лицом, светлейший господин Нахт. Последним семенил Гист, придерживая сумку, в которой находились вощёные таблички и прочие документы.
— Приветствую тебя, хранитель священных знаний, — кивнул номарх бритоголовому жрецу, склонившемуся в поклоне. — Садитесь по своим местам.
Приступим к важному совещанию. Докладывает Гист, возвратившийся после десяти лет отсутствия. — Он сказал это таким обыденным тоном, как будто лекарь отсутствовал не больше месяца.
Когда все расселись на предназначенные им стулья, Гист хотел встать.
— Сиди, — сказал номарх, небрежно махнув на него полной рукой, звякнувшей золотым браслетом. — Мне нужно сообщение о событиях в Ханаане, а не изъявления почтительности. Для ритуалов существуют торжественные приёмы. Так вот, предварительно я скажу несколько слов. За последние царствования фараонов Рамсеса Третьего и Сети Второго Египет потерял всё, завоёванное великим Рамсесом Вторым. Разумеется, я говорю об этом не потому, что вы этого не знаете. Просто мне представляется целесообразным обосновать логическую последовательность нашего совещания.
Рехмиу слегка покашлял и достал из-за пазухи круглую золотую коробочку. Вынув из неё зеленоватый шарик гашиша, отправил его в рот. Снова покашлял и покосился на укоризненно качавшего головой жреца. «Осуждает», — раздражённо подумал номарх.
Нахт, достав свою коробочку, сделал то же самое. Глаза у номарха и его высокопоставленного чиновника просветлели, в них блеснула искра оживления. Жрец пошмыгал носом. Гист внимательно рассматривал потолок.
Рассосав шарик гашиша, номарх продолжил:
— Итак, в итоге утраты земель в Ханаане прекратилось поступление невольников для строительных работ. Из-за этого увеличилось привлечение свободных египтян на постройку храмов, водохранилищ и дамб. Крестьяне и жители городов стали чаще выказывать недовольство и даже выходить из повиновения чиновникам. Произошли волнения и бунты, которые местами удалось подавить военной силой, а местами не удалось. Там бунтовщики захватили дворцы, выпустили кишки своим правителям, забрали себе их жён и наложниц, разграбили ценности и имущество. Пришлось приглашать наёмных ливийцев и воинов «народов моря», с которыми мы лишь недавно вели кровопролитные войны. Восстания низких слоёв египетского населения удалось прекратить путём жестоких мер и даже казней. Я ничего не упустил, не так ли?
— Да, ты прав, превосходительный господин, — сказал жрец. — Недавно у нас в Танисе строители храма отказались выйти на работу. Отрядами ремесленников были преодолёны стены царского некрополя, где возводились гробницы. Воины-ливийцы и воины-ахайя пригрозили, что расстреляют их из луков. Но недовольные сели на землю. Они сидели целый день, говоря: «Мы делаем это из-за голода и жажды. У нас нет одежды, лекарств, вина. Отсутствует хлеб, отсутствует рыба, отсутствуют овощи...»[83]. Пришлось удовлетворить их жалобы, чтобы не вызвать бунта.
— Это подтверждение того, что я уже говорил. — Рехмиу сделал жест в сторону Гиста: готовься, я скоро закончу. — В борьбе со знатью номов, которую мы с вами здесь представляем, фараоны потерпели поражение. На юге бывшая столица Уасет провозгласила правителем главного жреца бога Амона. У нас же номарх Баурджед стал, по сути, фараоном и засел в Танисе. Я вполне мог бы занимать его место. Но я скорблю о потере единства великой державы и её развале на два слабых государства. В них междоусобно враждуют дорвавшиеся до власти номархи. Все эти печальные обстоятельства приведут к тому, что Кеме перестанет существовать. Её завоюют и растопчут азиаты из песчаных степей, ливийцы или нефы из страны Куш. Они всё больше расселяются среди жителей Кеме. Их влияние усиливается и в военной верхушке, и среди землевладельцев[84]. Выход один: провести стремительный захват Ханаана и Сирии, как это было при Рамзесе Великом. Десятки тысяч рабов, богатая добыча и повсеместно взимаемые подати с этих стран сделают победителя властелином Черной Земли. Только так можно восстановить силу и величие государства. Теперь наш лекарь, переводчик и особо уполномоченный соглядатай обстоятельно расскажет о своих скитаниях по дорогам Ханаана. Слушаем тебя, Гист.
84
Вскоре после описываемого времени фараоном стал представитель ливийской знати Шешонк I. Вслед за тем в VIII веке до н.э. ослабленный Египет покорил нубийский царь Пианхи, а ещё через 200 лет в Египет вторглись ассирийцы под предводительством Синнахериба. —