Выбрать главу

Во время долгой болезни Стоюна село отстроилось. Кто был позажиточнее, у кого в тайнике стояли сундуки, а в сундуках хранились куньи и лисьи меха, те отправлялись в Угорское [Угорское - село на правом берегу Днепра ниже Киева, где была обширная торговая пристань.] и там на пристани покупали избу. Изба качалась на воде в виде плота с перемеченными бревнами, с досками для потолка, с дверными и оконными косяками. Эти плоты пригоняли умельцы из богатых лесами верховий Днепра.

Покупку сплавляли в Черторый. И там мастер-домостроитель в два-три дня собирал жилье и вместе с хозяевами праздновал скромное новоселье.

А у кого в кошеле не водились гривны и ногаты [гривны и ногаты денежные единицы в Древней Руси], те поступали по-другому. В те времена смердам под тяжелым княжеским гнетом жилось трудно, и они держались большой дружной семьей:

делили друг с другом и горе и радость, издавна привыкли помогать тем, на кого сваливалась беда. Ставивший избу собирал помочь. Помочане рубили на островах колья и прутья, колья вбивались в землю, оплетались прутьями, плетень обмазывался снаружи и изнутри глиной, жаркое южное солнце высушивало хату, и жить в ней было ничуть не хуже, чем в рубленой избе.

Соседи помогли Стоюну - соорудили новую соломенную кровлю. Светлана с подругами обмазали и побелили хату, и она стояла нарядная, сверкая свежей соломой на крыше. Добра печенеги успели утащить немного, и все было бы хорошо, но Стоюна и его детей не покидала одна неотвязная мысль: "Нет нашей родимой: Горюет она в чужой, дальней стороне:"

Глава третья. ПЕЧЕНЕЖСКАЯ СТЕПЬ

Уже несколько дней шайка Арслана уходила на юго-восток. Первое время, пока не осталась позади цепь русских застав, разбойники спешили, боясь преследования.

- Торопиться надо, а то догонит рус, - переговаривались печенеги, подгоняя лошадей.

Они были грозой мирных жителей, а с княжескими ратниками сражаться не решались.

Потом кочевники успокоились, и движение отряда замедлилось. Кони бежали неспешной рысью, топча некошеные травы. Над караваном высоко в небе парили орлы, а по следу шли волчьи стаи: хищники чуяли, что им будет хорошая пожива. Печенеги бросали в степи трупы невольников, не перенесших тягот пути.

Без конца, без края расстилалась вокруг ковыльная степь, и по ней от ветра катились волны, словно в море. Часто встречались насыпанные бог весть кем курганы - могилы давно забытых вождей. Разбросанные по равнине, равнодушными глазами смотрели на людей каменные бабы:

Ночью над степью расстилалось темное южное небо с мириадами ярких звезд. Отряд останавливался на ночлег.

- Кончай ехать, начинай отдыхать! - распоряжался Арслан. - Дать русам по куску конины да бурдюк воды. Пускай пьют-едят. Мы добрые, ха-ха-ха!

- Куда побегут? - рассуждали печенеги. - Кругом степь, в степи волк, над степью орел. От нас не уйдешь!

И несколько десятков мужчин, женщин и подростков сбивались у костра, горестно разговаривали о своей беде.

Через несколько дней случилось большое несчастье. Вечером один из кочевников обратился к Арслану:

- Мясо кончилось, господин. Что прикажешь делать? Охоту начинать? В поймах встречавшихся по пути речек, заросших камышом и кустарником, было полно болотной птицы, кабанов, лосей. Но Арслан лениво сказал:

- Зачем охота? Зарежьте три лошади!

Сырое конское мясо, провяленное под седельными потниками, было любимой пищей степняков.

- А как с пленниками? Лошадей на всех не хватит.

- Э, не знаешь? - зевая, протянул Арслан. - В первый, что ли, раз? Прикончите пленных, кто послабее. Вот и хватит лошадей.

Погибли два подростка и Наталья, добрая пожилая женщина, постоянно заботившаяся о товарищах по неволе. Все трое слегка прихварывали, но стойко переносили тяготы похода. Это трагическое происшествие застало русских пленников врасплох: их привела в ужас такая жестокая, бессмысленная расправа.

Прошло больше недели. Заготовленное мясо было съедено. И Арслан снова приказал резать лошадей. Но теперь русские знали, что за этим последует, и их охватил ужас. Кому пришел черед упасть под ножом жестокого степняка?

И тут Ольгу охватил безудержный порыв. Не помня себя, бледная, с горящими глазами, она бросилась к печенежскому князьку.

- Не позволим убивать коней! - яростно выкрикнула Ольга. - Охоту устройте, лосей, диких коз на мясо бейте!

Ее слова перевел Ондрей Малыга. Побывавший в плену у кочевников, он знал печенежский язык.

Удивленный Арслан возразил:

- Какое тебе дело, женщина! Наши кони, что хотим, то и делаем. Хотим едем, хотим - режем.

- Кабы вы только коней резали! - продолжала Ольга. - А то вы наших людей убиваете, что на этих конях сидят. За что вы их лютой смерти предаете?

- Я тебя первую зарежу, сердитая баба, чтобы ты не баламутила людей! пригрозил Арслан.

Но как только Малыга перевел его слова, в толпе пленников произошло движение.

Несколько человек сразу бросились к предводителю шайки.

- Всех режь! - раздались грозные голоса. - Убивай всех подряд, поганая рожа!

Здесь, на степи останемся лежать! Шагу не ступим отсюдова!..

Бунт невольников удивил и испугал Арслана. Раньше такого никогда не бывало.

Кочевник понимал, что всему виной Ольга, но убить ее не решился. Он чувствовал, что за этим последует смерть многих, а это было ему невыгодно.

- Плетями запорю! - закричал Арслан.

Русские решительно наступали на печенегов. И видно было, что пленников покинул страх и они готовы на все.

Арслан уступил. Перебить всех невольников не входило в его расчеты. Какая польза от этого ему, Арслану?

- У, храбрая баба! - с кривой усмешкой молвил князек. - Сильно храбрая! В жены тебя возьму, ты мне смелых батыров [батыр - богатырь] народишь.

- Живой не дамся! - крикнула Ольга.

Кочевники остановились в первой попавшейся речной долине, набили дичи и наготовили мяса на много дней пути.

Слабые и больные пленники смотрели на Ольгу с обожанием - они понимали, что обязаны ей жизнью.