«Я бы сказал, что это был 45-й калибр с экспансивной пулей», — заметил Сернович. «Не моя работа, но я думаю, что полиция не найдёт
кто-нибудь, кто что-нибудь слышал».
«Лаборантам следует поискать фрагменты пули, — сказал Штейн. — Может, им повезёт».
Штейн согнулся и прищурился. Пистолет у мужчины не был вытащен.
«Скорой помощи придется быть с этим осторожнее»,
Сернович хмыкнул: «Если его поднимут неправильно, всё внутри вывалится».
Изображение промелькнуло перед глазами Штейн. Она попыталась сменить тему. «Что стало причиной пожара?»
«Открыто и закрыто. Убийца взял бензин из газонокосилки в сарае. Принёс его и облил тела. Двое внизу, один наверху. Он оставил бензиновый след на лестнице, чтобы связать их всех. Чиркнул спичкой, оставленной у кухонной двери».
«Какое тело наверху?»
«Это главное событие», — подмигнул Сернович, достал пачку Marlboro Red и закурил. «Я вам покажу».
«Вы не против?» Нос Штейн анализировал обонятельные стимулы. По какой-то причине она могла различать все эти запахи. Каждый из них по-разному действовал на её желудок.
Сернович затянулся и выдохнул над головой трупа. «Зачем? Ему всё равно».
Седой ветеран сначала повёл Штейна на кухню, а затем, сделав поворот, вернулся к лестнице. Они вместе поднялись по обугленным ступеням. Штейн увидел почерневший след посреди лестницы.
«Не волнуйтесь, — сказал Сернович. — Они выдержат ваш вес. Ходите по краям подступенков».
Когда они вышли на лестничную площадку, Сернович показал Штейн холл. Он напомнил ей агента по недвижимости, демонстрирующего недвижимость.
«Спальни там, внизу», — сказал Сернович. «Кабинет и библиотека там. Видны следы бензина и костра. Ведёт прямо в кабинет. Спальни не были…»
тронуло. У убийцы не хватило бензина, чтобы поджечь весь дом, поэтому он поджёг тела. Огонь распространился, но соседи вовремя позвонили нам. Мы спасли большую часть здания.
Следователь отвёл Штейн в кабинет. Два тела на первом этаже подготовили её к этому, но ситуация была скверной. Она знала Фэрчайлда, и это усугубляло ситуацию. Её взгляд упал на обгоревшее тело, привязанное к стулу с прямой спинкой. Она закрыла глаза, прикрыв рот рукой.
Сернович затянулся и стряхнул пепел на пол.
Штейн убрала её руку и втянула в себя ртом вонючий воздух. Она взяла себя в руки.
«Вы его знали», — заметил Сернович.
Штейн кивнул.
«Это имеет значение».
Худое тело Фэрчайлда превратилось в обугленное пугало. Его руки были связаны клейкой лентой за спинкой стула. Лодыжки были таким же образом примотаны к ножкам переднего стула. Бёдра и икры превратились в обрубки с торчащими костями. Руки приросли к плечам. Кисти и запястья, всё ещё заклеенные лентой, упали на пол. Гротескная V-образная форма. Пальцев не было.
Лицо было воплощением кошмара. Рот Фэрчайлда был заклеен скотчем. Кожа на лице обгорела, но огонь не мог скрыть глубокие параллельные порезы на щеках. Он был порезан до кости, настолько глубоко, что обнажил нижнюю челюсть.
Как и у трупа на диване, нос Фэрчайлда сгорел. На лице зияло пулевое отверстие. Штейн не стал осматривать его затылок.
«Такое можно увидеть во время бандитских разборок, — заметил Сернович. — Никогда не видел такого в подобных районах».
«Спасибо. Я уже увидел достаточно».
Штейн повернулся и пошёл обратно к лестнице.
Сернович посмотрел на останки Фэрчайлда и запыхался.
«ЭТО БЫЛ ВОЕННЫЙ ПОПАДОК», — говорю я Штейну. «Испорченный невезением».
"Как же так?"
Эпплйард молодец. Он обошёл телохранителя у дома. Подождал, пока тот пройдёт, а затем выломал кухонную дверь. Телохранитель в гостиной его не услышал. Эпплйард поднялся по лестнице, застал Фэрчайлда врасплох и задушил его.
«Когда Фэрчайлд пришел в себя, он был прикован скотчем к стулу.
Заткнули рот. Вероятно, он пытался кричать, но его крики были настолько приглушёнными, что никто не услышал. Эпплйард приступил к допросу. Этот метод используется на Ближнем Востоке и в Азии.
Снятие кожи. Он задал Фэрчайлду вопрос и сказал, что снимет кляп, если тот ответит. Когда Фэрчайлд не ответил, он порезал ему лицо ножом. Захватил кожу плоскогубцами и оторвал её. Фэрчайлд, пытаясь освободиться, сломал бы себе руки и ноги.
"Иисус Христос."
Фэрчайлд держался какое-то время, но всё же заговорил. Они всегда так делают. Эпплйард не садист. Когда он получил желаемое, он избавил Фэрчайлда от мучений, выстрелив ему в лицо. 45-й калибр с глушителем. Само по себе дозвуковой.