— Знаю, — буркнул я.
— И вот сейчас ты такие сумасшедшие деньжищи тратишь на поддержку работников и сотрудников! И зачем? Плати им минимальную зарплату, а остальное аккумулируй на иностранных счетах. И расширяй бизнес за границей. Хоть в том же Китае. Ты же знаешь его перспективы…
Меня «слова» Флибера «убили». Я понимал, что он, во многом, прав, но…
— Слышь, ты, вселенский разум, ну-ка залепи своё дуло. Залепись и помалкивай, пока я тебя не отключил. Тоже мне философ-аваргандист-либераст.
— Да я…
— Сказано тебе — залепись!
Я был разгневан, но понимал, что Флибер не «несёт пургу». Он рационален и знает будущее. Может быть даже дальше моей самой долгой жизни.
— Да-а-а… Ещё чуть-чуть и бизнес надо продавать. Ну, как чуть-чуть? Вот до дефолта дотянем, сделаем бизнес на ГКО[16], переведём рубли в валюту и вовремя смоемся. Без этого предприятия много денег не «поднять». Много можно сделать денег, когда знаешь, дату дефолта и максимальные котировки облигаций.
Первое размещение ГКО прошло на бирже ММВБ 18 мая 1993 года. Из трёхмесячных облигаций на общую сумму в один миллиард рублей — сто миллионов были нашим вкладом в Российскую экономику. Причём если в «нормальной истории» ценных бумаг было продано на сумму восемьсот восемьдесят пять миллионов рублей, то в этой реальности был распродан весь миллиард. Я хотел быть на верху этой финансовой пирамиды и соответственным образом подготовился. За что получил похвалу от правительства.
Теперь мы «поиграемся» с этим пакетом облигаций до девяносто седьмого года, когда государственные бумаги станут продаваться за сорок процентов от номинала, а выкупаться за полную цену. Главное — вовремя спрыгнуть с поезда, несущегося к взорванному мосту, а я знал, когда надо «прыгать». Мой «предок» прокручивал такую финансовую операцию почти в каждой своей жизни. И да… Грех было не воспользоваться знанием «прикупа».
Но до девяносто восьмого года ещё нужно было дожить, что сделать было весьма не просто. Чеченцы, например, лезли и в Приморье, предлагая совместный бизнес, не обращая внимание на «красную» крышу. Как, кстати, и положенцы других мастей, в том числе и воровской.
Вот с одним таким положенцем, поставленным Иркутскими ворами на Первомайский район города Владивостока после ликвидации банды Ларионовых, у меня и предстояла встреча. Сегодня, завтра, послезавтра… Они уже встречались с Григорьевым, но не смогли найти с ним общий язык и попросили встречи со мной. Очень корректно попросили. Без хамства. А теперь ждали ответа. Сидя в своём «офисе» в одном из торговых павильонов прямо, ска, на остановке автобуса «Диомид». Да-а-а… Свято место пустым не бывает. Это — точно.
Двоих таких «назначенцев» Ларионовы уже как-то ликвидировали пару лет назад. Тетоже пытались «качать права» и требовали платить дань. Ларионовы подошли к проблеме творчески. Попросили «прикормленных» ментов задержать «гостей города» и доставить в обозначенное место за городом. Там их в овражке расстреляли, сожгли и прикопали землёй.
Я тоже думал-решал, как с «просителями» поступить, слишком они были настойчивыми, но уподобляться бандитам не хотелось. Тем более, что можно было попасть в категорию «беспредельщиков», а значит тех, которых будет считать за честь убить любой «синепёрый». Да и менты были на стрёме и пасли меня со всей пролетарской ненавистью не смотря на прикормку. Волка сколько не корми, а он волком и останется.
В том числе и присутствие на моей земле чужаков, не давало мне расслабиться и подумать о «развлекательных» мероприятиях в прошлом. Хотя, то, что я о прошлом узнал, на развлечения уже не тянули. Трудно быть богом. Правильно писали братья Стругацкие. Ты весь такой чистенький, а вокруг дерьмо, эпидемии и голодные глаза. И кое-где настоящий, прошу прощения, каннибализм. А вы как думали? Мне ещё бабушка рассказывала, как у них родичи голодали, да-а-а…
16
Государственные краткосрочные облигации — государственные ценные бумаги, эмитентом которых выступало Министерство финансов Российской Федерации. ГКО выпускались в виде именных дисконтных облигаций в бездокументарной форме (в виде записей на счетах учёта). Генеральным агентом по обслуживанию выпусков ГКО выступал Центральный банк Российской Федерации.