«Глухие слова» Амари, такие искренние, такие скорбные, такие струнные, достойны войти и своей нотой в элегическую музыку нашей лирики, в меланхолию русской поэзии[133]…
Однако на фоне революционного подъема и мажора первого сборника Амари «Глухие слова» воспринимались как явление упадническое как по настроению, так и по содержанию. Именно этот — сравнительный — взгляд превалировал в отзыве другого рецензента, Г. Вяткина, который находил в новой книжке отступление от творческих позиций, занятых автором в его первом сборнике:
Поэт, пишущий под псевдонимом Амари, начал свою литературную карьеру в бурный период 1904–1905 гг., начал, нужно сказать, блестяще. Стихи его, преимущественно гражданские, отличались экспрессией, дышали силой и гневом и не однажды с успехом читались с эстрады.
Прошел общественный подъем — завяла и муза Амари. Говорю: «завяла», потому что не хотелось бы сказать: «умерла». Последняя книга его так и называется — «Глухие слова». Автор сознает свою тяжкую усталость, свое творческое бессилие. Все стихи этой книги овеяны тоской, унынием, это отразилось и на их форме — расплывчатой, неуверенной. Есть, однако, в этой печальной, искренней книге одна прекрасная обнадеживающая строфа, которой я и закончу свою заметку:
Примерно о том же шла речь в неопубликованной рецензии К. Липскерова:
Амари <…> сам ясно сознает свое «чахнущее искусство», и несколько примиряет с его книгой то, что к его постоянным жалобам на скуку, на свое равнодушье, на отсутствие «творческой боли» вполне подходит форма его стиха, беспомощная, может быть, преднамеренно[135].
«Ты радость вешняя, ты цвет и прелесть мира…» С. 8. МД: 106 Мария Аркадьевна Беневская (1882–1942), член Боевой организации Верующая христианка, состояла в переписке с Л.Н. Толстым. В первом браке была замужем за «боевиком» Б. Моисеенко. По всей видимости, ее имел в виду А. Ремизов, когда, замечая, что «в каждом городе в своем кругу есть своя “первая красавица”», писал, что в Петербурге в 1905 г. это были Тумаркина и Беневская (Ремизов А. Встречи: Петербургский буерак. Paris: LEV, 1981. С. 16). Входила в группу террористов, занимавшихся подготовкой взрывчатых веществ и разрывных снарядов, которой руководил Л.И. Зильберберг, выданный Азефом и 16 июля 1907 г. повешенный под именем Владимира Штифаря. 15 апреля 1906 г. при подготовке бомбы взорвался запал, и Беневская лишилась кисти левой руки и нескольких пальцев на правой. Похоже, что стихотворение Цетлина связано с этим трагическим происшествием.
«В утро туманное и раннее…» С. 10. В МД: 37 стихотворение представлено в переработанном виде:
«Не связанный в жизни ничем…» С. 11. МД: 32 (без посвящения). Очевидно, стихотворение посвящено Вере Ивановне Рудневой (с типографской опечаткой в инициале отчества: М. вместо И.), жене общественно-политического деятеля, члена партии эсеров, публициста и редактора, друга Цетлина Вадима Викторовича Руднева (1879–1940).
«Хрустальная музыка чеховских слов…» С. 16. Включено в МД: 36 — без первого двустишия, как 2-я часть цикла «Чехову». И увидеть московский монастырь — А.П. Чехов похоронен на кладбище Новодевичьего монастыря.
«Как исследил сердца людские…» С. 17. В МД:36 — как 1-я часть цикла «Чехову». В цитировавшейся выше рецензии Ю. Айхенвальд (см. вступ. заметку) высказал правдоподобную догадку-предположение, что под «нежным, тихим человеком» подразумевается А.П. Чехов.
«Далёко, одна на кладбище, лежишь ты…» С. 19–21. В МД: 39-40-без 2-й строфы и с некоторыми разночтениями. Ведь если надрежем ~ зарастает бесследно — Ср. со стихотворением Амари «У деревьев весною кору надрежь…» (сб. «Лирика»).
«Как дымно дышут дали…» С. 23. МД: 107. Роза Исидоровна Гавронская (урожд. Шабад), жена двоюродного брата Цетлина Якова Осиповича Гавронского (1878–1948). Во время Второй мировой войны погибла в виленском гетто.
«В темной жизни божества…» С. 25. Весенний салон поэтов. М: Зерна, 1918. С. 16. МД: 30.
«Не настало время молиться…» С. 27. Весенний салон поэтов. М.: Зерна, 1918. С. 13 — без посвящения. В МД: 29 — без посвящения и в несколько иной редакции:
Стихотворение посвящено Раисе Исидоровне Фондаминской, родной сестре И.И. Фондаминского. В послесловии уже говорилось о том, что первая буква ее имени «Р» вошла в состав псевдонима Амари. Рецензировавший «Глухие слова» Г. Вяткин привел вторую строфу в качестве «печальной» и «обнадеживающей» (Ежемесячный журнал. 1916. № 7/8. С. 358).
«Не знаю, как она придет…» С. 31. Впервые: Современный мир. 1912. № 7. С. 146; здесь стихотворение имело иную редакцию:
С некоторыми разночтениями вошло в МД: 41.
Переводы
Из Гельдерлина (1770–1843).
I. К Паркам <«an die Parzen»>. С. 39. В названии стихотворения допущена типографская опечатка: написано «К Паркали». Парки (лат. parcae) — в древнеримской мифологии три богини судьбы: Нона прядет нить человеческой жизни; Децима наматывает кудель на веретено, распределяя судьбы; Морта перерезает нить человеческой жизни.
III. «Увесили вы берег…» С. 41. <«halftedes lebens» — Середина (половина) жизни>.