Этот приговор создает подозрительную коллизию. Ведь ст. 2822 вводилась в УК именно потому, что ст. 210 охватывает организационную деятельность, направленную на совершение только тяжких и особо тяжких преступлений, а ряд преступлений, упомянутых в ст. 2822, таковыми не являются — так что ст. 2822 является де–факто «антиэкстремистским расширением» ст. 210. И применение этих двух статей вместе довольно странно (хотя формально оно и не противоречит закону, так как в Уголовном кодексе ст. 210 защищает общественную безопасность, а ст. 2822 — конституционный строй и безопасность государства).
Более того, применение ст. 210 возможно, если организационная деятельность была направлена на совершение именно тяжких (и особо тяжких) преступлений, к каковым в приговоре относятся ч. 2 ст. 222 и ст. 2051. Но составом ч. 2 ст. 222 является организованное совершение преступления, предусмотренного ч. 1 той же статьи, то есть налицо двойная квалификация деяния. Если же сопоставить состав ст. 210 и тот факт, что ст. 2051 применяется за само вовлечение в Хизб ут–Тахрир, получается, что ст. 210 была применена за организацию вовлечения в организацию.
Применение квалифицирующего признака мотива ненависти
Этот признак формулируется в УК как совершение преступления «по мотивам национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды» и присутствует в ряде серьезных насильственных преступлений, а также в ст. 244 («надругательство над телами умерших и местами захоронений»).
Наши данные о применении квалифицирующего признака по ст. 244, вероятно, неполны, но нам известно очень мало случаев. Так, в ноябре 2004 года были приговорены к двум годам лишения свободы условно двое участников осквернения еврейского кладбища в Калуге. В августе того же года в Пятигорске за то же самое один вандал получил два года с отбыванием в колонии–поселении и двое несовершеннолетних — по полтора года в воспитательной колонии. В мае 2005 года были приговорены к полутора годам в колонии–поселении трое чеченцев за осквернение могил по мотиву национальной ненависти в селе Яндыки Астраханской области, однако в августе суд второй инстанции заменил наказание на условное. Это решение стало одной из причин массовых столкновений чеченцев и калмыков в Яндыках, после которых 1 сентября приговор был отменен и дело направлено на новое рассмотрение.
Гораздо заметнее правоприменение по насильственным преступлениям. Вряд ли можно сравнивать статистику всех нападений, совершенных по мотивам ненависти, со статистикой наказаний: большинство таких нападений остается неизвестно. Ясно только, что исчисляются они сотнями. Правоприменение по насильственным преступлениям на почве ненависти количественно отстает на порядок (точных цифр и тут нет). Но зато наблюдается хорошая динамика в качестве выносимых приговоров.
Нам неизвестны случаи применения квалифицирующего признака в августе–декабре 2002 года. Это не значит, что за расистские нападения не осуждали вообще, но мотив ненависти в приговорах не учитывался, в том числе в приговоре участникам крупного погрома рынка в Царицыно.
За все время исследований по данной теме не удалось найти ни одного приговора, использующего ссылку на мотив ненависти как отягчающее обстоятельство согласно ст. 63 п. «е» УК.
В 2003 году, судя по имеющимся у нас неполным данным, суды применяли только ст. 282 как дополнительную к основной статье (убийство, хулиганство и т. п.). И таких приговоров было всего три, по которым были осуждены, видимо, три человека.
В 2004 году было три или четыре приговора по ст. 282 УК за «прямое действие» (нападения и одно подкладывание муляжа бомбы; осуждено до пяти или даже до восьми человек), а в четырех или пяти приговорах применен более правильный способ: учтен мотив ненависти как квалифицирующий признак для основного преступления (четыре дела об убийстве квалифицированы по ч. 2 п. «л», один случай точно неизвестен; по этим пяти делам осуждено 27 или 30 человек, но с правильной квалификацией, скорее всего — лишь небольшая часть из них).
Итого, в 2004 году мотив ненависти был учтен в приговорах по восьми делам. Но, конечно, во многих случаях преступников осуждали по–прежнему и без учета мотива ненависти.
Первые восемь месяцев 2005 года принесли заметную активизацию правоохранительных органов по отношению к насильственным преступлениям на почве ненависти: по неполным данным, за убийства и избиения осуждено до 31 человека в 10 процессах, из которых в четырех делах об убийстве была применена ст. 105 ч. 2. п. «л», в четырех процессах — ст. 282 ч. 2 и еще в двух процессах мотив ненависти был учтен, но нам пока неизвестна статья УК[193].
193
Эта статистика не учитывает обвинительный приговор, вынесенный четверым скинхедам в Саратове в феврале 2005 г. по ст. 105 ч. 2. п. «л», который был отменен из-за процессуальных нарушений Верховным судом; дело находится на повторном рассмотрении.