Поляки отказались исполнить условия договора, считая их унизительными. Новая война, начатая в 1650 г., оказалась неудачной для гетмана, которому изменили его случайные союзники — крымские татары.
В невыгодном для него Белоцерковском договоре (1651 г.) мы находим трогательное заявление казаков: "Вера греческая, в которую войско запорожское верует, в давних вольностях и по данным правам имеет быть".
Заметим, что для победы над казаками в Польше пришлось произвести общее вооружение шляхты, а легат папы Иннокентия X (1664—1655) привез полякам (как некогда крестоносцам!) благословение и отпущение грехов, а королю Яну-Казимиру — мантию, освященный папой меч и титул "Защитника веры"!
Хмельницкий, опасаясь нового польского ига для Малороссии, не надеясь больше на татар, решил просить царя принять запорожское войско "под свою высокую руку" как православных братьев.
Через посредство двух греков — Ивана Тофрали и монаха Павла — к царю прибыл посол гетмана в декабре 1652 г., затем в 1653 г. — два посла, посетившие также и Никона с той же просьбой.
Патриарх, хотя и предвидел нелегкую войну за освобождение Малороссии, но приложил все свои усилия, чтобы Алексей Михайлович, еще колебавшийся, смилостивился над просителями, и достиг этого. Для войны с Польшей, благодаря опять же патриарху, было особо отменено местничество123, о чем заявил царь в своей речи в Успенском соборе 23 октября 1653 г. Тогда же сообщил он о своем решении идти против поляков, "посоветовавшись с отцом своим, с великим государем, святым Никоном патриархом".
В январе 1654 г., в Переяславле, войсковой круг выслушал речь гетмана Хмельницкого, сказавшего следующее: "Паныполковники, есаулы, сотники, все войско запорожское и все православные христиане! Ведомо вам всем, как Бог освободил нас из рук врагов, гонящих Церковь Божью и озлобляющих все христианство нашего Восточного Православия. Вот уже шесть лет живем мы без государя в беспрерывных бранях и кровопролитиях с гонителями и врагами нашими, хотящими искоренить Церковь Божью, дабы имя русское не помянулось в земле нашей, что уже очень нам всем наскучило, и видим, что нельзя нам жить больше без царя... Об утеснениях от польских панов нечего и говорить — сами знаете, что лучше жида и пса, нежели христианина — брата нашего, почитали. А православный христианский великий государь, царь Восточный, единого с нами благочестия, греческого закона, единого исповедания, едино мы тело церковное с Православием Великой России, главу имея Иисуса Христа. Этот великий государь, царь христианский, сжалившись над нестерпимым озлоблением Православной Церкви в нашей Малой России, шестилетних наших молений беспрестанных не презревши, теперь милостиво свое царское сердце к нам склонивши, своих великих ближних людей к нам с царскою милостью своей прислать изволил; если мы его с усердием возлюбим, то кроме его царской высокой руки благотишайшего пристанища не обрящем; если же кто с нами не согласен, то куда хочет, — вольная дорога".
Народ единодушно закричал на это: "Волим под царя Восточного, православного! Лучше в своей благочестивой вере умереть, нежели ненавистнику Христову поганому достаться! Боже, утверди! Боже, укрепи! Чтоб мы во веки все едино были!" (С.Соловьев, т.Х, гл. III, с. 1635).
Такова была тяга к Православию и она воссоединила Великую и Малую Русь.
Следствием присоединения Малороссии явилась, естественно, русско-польская война. Этой кампании предшествовали грамоты в королевские области такого содержания: "В Польское королевство и Литовское княжество, матери нашей, Святой Восточной Церкви, сынам, греческого закона православным архиереям, иереям и всего священнаго и иноческаго чина и всем православным христианам всякаго чина и возраста и достояния по городам, местечкам, селам и весям: от многих времен от Святыя Восточныя Церкви к нам — чадам ея — и от всех православных христиан Малыя России моление было, да законным вспоможением елико верным, но верным достоит помогать, поможем.
И вот теперь умилостивились мы, и Малую Россию, православных христиан, под единаго словесных овец Пастыря—Христа Бога нашего — державу решили принять. И вот теперь всем извещаем, что богохранимое наше царское величество за Божиею помощью, собравшись со многими ратными людьми, на досадителей и разорителей Св. Восточной Церкви греческаго закона, на поляков вооружаемся, дабы Господь Бог над всеми нами, православными христианами, умилосердился и через нас — рабов своих — тем место сотворил и Св. Восточным Церкви от гонения освободились и греческими старыми законами красились; чтоб за многие королевския неправды и за нарушение вечнаго докончания воздалась месть. И вы бы, православныя христиане, освободившись от злых, в мире и благоденствии прочее житие провожали; и сколько вас Господь Бог на то доброе дело возставил, прежде нашего царскаго пришествия разделения с поляками сотворите, как верою, так и чином, хохлы, которые у вас на головах постригите, и каждый против супостат Божьих да вооружается. Которые добровольно прежде нашего государева пришествия известны и верны нам учинятся, о тех мы в войске заказ учиним крепкий: да сохранены будут их домы и достояние от воинского разорения" (Моск. Глав. Архив Министерства Иностр. Дел. "Дела польския 1654 года").