С падением Никона пала и столь глубоко осознанная им идея "симфонии властей", в течение восьми веков направлявшая русскую государственность. В лице Никона ей был нанесен непоправимый удар.
Митрополит Антоний, как и Пальмер, считал, что за его великие дела Церковь должна в будущем сопричислить Никона с именами свв. Петра, Алексия, Ионы и Филиппа. "Придет время, — пишет он, — когда св. патриарх будет изображен не со смиренным молением кающегося грешника, а с тропарем, прославляющим его высокие доблести и подвиги, подъятые во славу Божью".
Митрополит Антоний не ограничился писаниями во славу Никона. Будучи горячим сторонником восстановления в России патриаршества, неканонично упраздненного Петром I как реакционная мера против никогда не существовавшего у нас ни "папизма", ни "папоцезаризма", митрополит Антоний, ратуя за патриаршество, преимущественно руководился идеями Никона. Начиная со своих речей в Предсоборном Присутствии 1906 г. и до самого Собора 1917 г., он живо воскресил память безвинно осужденного патриарха перед русскими епископами. Под его водительством члены Собора совершали паломничества к гробнице Никона в Воскресенском монастыре и молились о благополучном завершении своего исторического дела.
Закончив наше печальное повествование о подрыве церковного авторитета царем при участии Лигарида, следует сказать несколько слов о другом латинском деятеле в Москве, вернувшись снова к царствованию Алексея Михайловича.
За три года до приезда в Москву пресловутого митрополита Газского в 1659 г. "Конгрегация Пропаганды" папы Александра VII (1 655—1667) делегировала туда же Юрия Крижанича под личиной православного ученого135.
Хорват, воспитанник той же римской Коллегии св. Афанасия, что и Лигарид, Крижанич, будучи в сане каноника Римской церкви, получил задание войти в высшие круги русского общества, дабы приобрести в них влияние на увлекающуюся Западом элиту. Крижанич, как и Лигарид, быстро втерся к Алексею Михайловичу. Играя роль ученого "сербянина",жертвы "поганых" турок и ловко скрывая свою веру, он стал доказывать царю, что все угнетаемые славяне видят в нем единственного государя, могущего их освободить и объединить. Царь — естественный вождь и отец всех славянских народов — обязан готовиться к прославлению славянства.
Помимо турок, Крижанич считал немцев злейшими врагами славян, а следовательно, и России. Он заявил царю о своем желании составить в России "центр славянства", историю славян, дабы в ней опровергнуть все немецкие выдумки, а также сочинить славянскую грамматику и словарь. Целью себе он ставил "обнаружение хитрости и обольщения, которыми чужие народы обманывают нас — славян".
Обольщенный им, царь немедленно определил Крижаничу жалование, и он устроился в Москве весьма удобно в качестве как бы придворного ученого. "Юрий Сербянин" написал ряд сочинений, проповедуя разные реформы московского быта, указывая на отсталость народа, которую он умышленно утрировал, а также возбуждая ненависть против немцев.
В этом заключалось его первое задание — отдалить русское общество от конкурирующего с латинством протестантизма, каковой исповедовали многочисленные немцы-специалисты, заселявшие тогда Московскую Слободу. Книга его "Политические думы" — далеко не литературный образец. Написана она частично по-латыни, частично по-хорватски, с примесью русских слов (Крижанич, между прочим, считается автором слова "чужебесие"). Сочинение это, поносящее немцев, стало настольной книгой Алексея Михайловича. Будь при нем Никон, вряд ли бы он одобрил этот выбор!
Следующим заданием тайного агента было всячески очернить в глазах русского общества греков. Тут он позволил себе перейти всякую границу приличии, представляя их в своих писаниях наряду с евреями и цыганами!
Крижанич не только обвинял греков в невежестве, но и в "схизме"! Кроме того, он не пропускал случая поглумиться над делегатами несчастных Восточных патриархов, приезжавших за милостыней в Москву.
Наконец, совершенно разнахалившийся, воображая себя пророком "невежественных" русских, Крижанич стал критиковать все сочинения, в которых находились осуждения латинской церкви, например "Житие преп. Сергия". Он вздумал утверждать, будто поражения русских войск против Польши были вызваны тем, что "русские грешнее поляков", что "Православие разрушает в Церкви монархию, установленную Христом, как лучшее правление, а вместо этого вводит в Церковь многих вселенских первосвященников" и т.д. Таковые же перлы преподносились Юрием "Сербяниным" в его другом знаменитом сочинении: "Русское государство второй половины XVII века".
135
Это притворство доказано в ряде исторических сочинений, изданных латинянами, например в книге H.I. A. van Zon ''Autour de Knzanic" Paris, 1934.