Благодаря отсутствию всякого руководства и надлежащего воспитания юный царь оказался предоставленным сам себе. Его пытливый ум приковывался ко всему, замечаемому им в Немецкой Слободе. Его первые друзья — голландские и немецкие мастеровые, для которых Москва была выгоднейшим в то время заработком, оставили в его уме неизгладимый отпечаток. Поражаясь их технике в работе, Петр совершенно искренне уверовал в их превосходство над русскими и в иных областях. Как известно, в кальвинизме, как и в лютеранстве, обрядовая сторона религии почти отсутствует как реакция против романизма. Царь уже давно тяготился теми обрядами, которые он должен был выполнять, согласно положенному чину.
При жизни своей матери — царицы Наталии — он соблюдал некоторые обычаи. Например, участвовал в шествии в неделю Ваий, держа за повод осла, на котором сидел патриарх, символизирующий Спасителя. Однако он всячески избегал положенных церковных служб, постов, молебствий и прочих непременных для царя религиозных актов. На все это он стал смотреть глазами своих новых друзей-иностранцев, как на ненужную помеху, на потерю времени.
Сразу же после смерти царицы начались отмены обрядов. Одним из первых было уничтожено участие царя в шествии в Неделю Ваий как якобы унизительное для его достоинства!
Народ не отнесся безразлично к таким новшествам и в Москве начались волнения. Заметим, что мотивом стрелецкого мятежа 1698г. было прекращение крестных ходов на Богоявление и Цветную Неделю и вышеупомянутого обычая в Неделю Ваий. Народ грозился даже разнести Немецкую Слободу!
Желая уронить ненавистный ему авторитет патриарха в глазах населения, Петр решился на невиданные дотоле кощунства. Он учредил при себе конклав из 12 "кардиналов", пьяниц и обжор, и штат "епископов и архимандритов", носящих разные нецензурные прозвища, все вместе именуемое: "Всешутейшим, сумасброднейшим и всепьянейшим собором князя Иоанникиты, патриарха Пресбургского, Яузского и всего Кукуя". Роль "патриарха" выполнял в этом сборище бывший его воспитатель, алкоголик дьяк Никита Зотов! С 1695 г. эта компания, в которой царь не стеснялся выполнять роль протодиакона, стала ездить "Христа славить" к боярам и должностным людям и выкидывать разные публичные штуки. Секретарь австрийского посла Корб описывал в 1699 г., как этот "синод", в составе уже более 200 человек, через всю Москву ехал на 80 санях в Немецкую Слободу.
Эта пародия на патриарха еще глубже смутила и возмутила народ. Весной 1697 г. Петр отправился в свое первое заграничное путешествие. Заметим, что любящий Россию царь, восхищаясь лоском западной культуры, совершенно не отдавал себе отчета в том, насколько русский народ превосходил своих европейских собратьев в нравственном и духовном смысле.
Как подчеркивает И.Л.Солоневич в "Народной монархии", вряд ли Москва когда-нибудь нуждалась в моральном примере "культурного" Запада. Если Грозного упрекают за жестокость, то что сказать о Елизавете Английской — его современнице, при которой казнено было до 90.000 человек! Как раз до Петра, в 1666 г., некий судья Карпцоф в одной лишь Саксонии казнил около 20.000. Мы не говорим уже о повсеместном терроре "Святой инквизиции", вплоть до XIX в. жегшей еретиков и ведьм; последнее аутодафе (публичное сожжение еретика) относится к 1826 г. Современная Петру Франция в "золотой век" Людовика XIV, по свидетельству писателя Жан Клода, Эли Бенуа и других, не отличалась гуманностью. Поощряемые иезуитами жестокие преследования гугенотов королевскими войсками ("драгоннады") в 1685 г. терроризировали целые провинции: еретиков рвали щипцами, сажали на пики, поджаривали, душили, обваривали, вешали за нос и т.д. Перед этим бледнеют всякие русские застенки и даже стрелецкие казни.
Мы уже не говорим о повальном пьянстве, никогда не виданном доселе на Руси, которому предавались в то время высшие круги Европы, начиная с королей и принцев. И это перенял Петр I. Очарованный Голландией, Петр, изучая кораблестроение и точные науки, одновременно советовался с Вильгельмом III Оранским, ставшим королем Англии, как ему поступать с патриархом. Разумеется, этот протестантский государь без труда доказал Петру, что если он желает быть полным хозяином в своей стране, то ему необходимо стать самому главой Церкви137.
Другим советником царя стал известный философ Лейбниц, теоретик всемогущества учреждений, для которого политический строй являлся своего рода механизмом. Когда Петр сообщил ему свое желание перестроить русское государство, Лейбниц сказал: "Такой план должен быть выполнен быстро и прямолинейно творческим умом одного человека. Точно так же город всегда бывает красивее, когда он возникает сразу, чем когда он возникает постепенно в несколько приемов".