После длительных прений, между которыми грекам усиленно нашептывалось об ожидающей Византию подмоге, было, наконец, подписано постановление, вошедшее в церковную историю под названием "Флорентийской унии". Это было следствием возмутительнейшего шантажа, на который решилась Римская церковь для подкрепления престижа папы Евгения
Греки согласились признать прибавку "филиокве", существование чистилища и, наконец, главенство папы (Флери. "История Церкви", т. XII, с. 257-259)
Акт унии был подписан обеими сторонами 6 июля 1439 г., причем патриарх Иосиф в этом не участвовал, так как он скоропостижно скончался 10 июня
Оказалось, что и тут не обошлось без подлогов: в латинском тексте акта значилось признание греками главенства папы, тогда как в греческом говорилось лишь об его "почетном старшинстве" (Dollinger. "Algem. Zeit". 21.1.1870, p. 302). По этому поводу о. Жюжи пишет следующее: "Папа Евгений проявил ловкость, приняв неопределенную формулировку соглашения , которая удовлетворила и императора и прелатов, ни в чем не умалив римские привилегии и церковную независимость" ("Schisme Byzantin", p.267)
Постановление это было тут же опротестовано в самой энергичной форме членом греческой делегации митрополитом Марком Ефесским, отказавшимся дать свою подпись28.
"Флорентийская уния", на которую до сих пор ссылаются авторитетные католические писатели, на самом деле явилась ни чем иным, как недостойной комедией, потому что:
1. Греки фактически договаривались не с Римской церковью, а с ее частью
2. Евгений IV, согласно принципу Констанцского и Базельского Соборов, не был правомочен что-либо решать без ведома Собора
3. Евгений IV в момент подписания "унии" являлся законно низложенным Базельским Собором, а Флорентийский его Собор был объявлен недействительным
4. "Уния", подписанная греками, являлась для них единственным способом добиться обещанной Римом помощи для спасения Византии от турок
5. Вопреки католическим утверждениям "уния" эта ни в коей мере не касалась и не обязывала остальных патриархов согласиться на вырванные у греков признания
6. В текст "унии" был введен подлог. Неустойчивость "унии" обнаружилась еще во Флоренции: ни один греческий епископ не пожелал сослужить с папой Евгением и в свою очередь латиняне запретили им совершать службы в костелах.
Кроме того, греки, живущие в Венеции, настолько возмутились, узнав про унию, что византийские делегаты подверглись ругательствам, вследствие чего они не посмели петь "Верую" с "филиокве", ни поминать папу во время служб... В некоторых местах, подписавшие унию епископы принуждены были публично каяться перед православными за свою измену; так было, например, в Корфу, Крите, Эвбее и т.д.
В столице народ также отказался признать флорентийское решение, и "униатами" остались, в конечном итоге, лишь император и немногие царедворцы. Многие епископы, каясь, утверждали своей пастве, что их принудили подписать пресловутый акт, угрожая голодом!
Греки скоро выяснили, что Евгений IV их нагло обманул и не оказал им, взамен их флорентийской измены, ни малейшей помощи против турок. Унижение их, следовательно, не принесло Византии ни малейшей выгоды
В 1443 г. патриархи Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский, собравши синод в Иерусалиме, объявили "Флорентийскую унию" мерзкой и богопротивной, а Митрофана, униатского патриарха Византийского,—низложенным и лишенным сана
В ноябре 1452 г. пять митрополитов и десять клириков обратились к императору Константину XII Драгазесу с постановлением, отвергающим "унию" ("Oeuvres Completes de G.Scholarios", Paris, 1930, v.III, p. 179-180)
Схолариос, сделавшись Константинопольским патриархом Геннадием II в 1454 г., заявил, что взятие турками столицы явилось наказанием Божиим за то, что греки отказались во Флоренции от веры своих отцов
Султан Магомет II, взявший Константинополь в 1453 г., обошелся впоследствии с греками и другими покоренными народами довольно милостиво. Он предоставил христианам право исповедывать их религию... В греческих общинах турки передали главную власть духовенству, с которым сносились и через которое действовали
Патриарх Константинопольский сделался первым представителем христианского населения не только в духовном, но и в правительственном отношении (Проф. П.Виноградов. "Средние Века", ч. II, с. 215)
Наконец, в 1484 г., в Константинополе состоялся Собор при участии всех четырех православных патриархов. Собор этот выработал и учредил особый чин "примирения" для латинян, желающих принять Православие
28
Узнав об его отказе, Евгений IV с досадой воскликнул: "Значит, мы ничего не достигли!..."