М.А. Тимофеев. Христианская историческая мысль в эпоху поздней римской империи
Последние два столетия существования Римской империи по-своему оказали влияние на состояние исторической мысли этой эпохи. Языческая культура медленно, но неуклонно начинала вытесняться христианской; внутри- и внешнеполитические коллизии, приводившие к полному разладу всей жизни некогда могучего государства, не могли не сказаться на умонастроениях античной «интеллигенции». Поразительно, но факт — вторая половина IV века и V века, века заката Империи, времени, когда вроде бы подходит естественный час осмысления всего прожитого, дали в прямом смысле единицы исторических сочинений, написанных пером историков-язычников. Весь этот период вряд ли можно назвать «великой эрой в исторической науке». Античная традиция может реально похвастаться лишь замечательной «Историей» Аммиана Марцеллина, да, пожалуй, компилятивными трудами типа сочинений Евтропия, Аврелия Виктора и «Historia Augusta».
Иначе обстояло дело в христианской исторической науке, находившейся тогда в самом начале своего долгого пути. Традиции историописательства, заложенные «отцом церковной истории» Евсевием Кесарийским, получали самое непосредственное и оригинальное воплощение в появлявшихся объемистых трудах Сократа Схоластика, Эрмия Созомена, Феодорита Киррского[1342]. Эпоха молодости науки порождала и свежие, полные исторического оптимизма труды по истории христианства.
Однако сразу бросается в глаза тот факт, что бурное становление новой, христианской научной школы происходит прежде всего на Востоке империи. Именно там пишутся все наиболее авторитетные (и наиболее популярные) церковные «истории», именно там в основном происходит и становление жития как литературного жанра[1343]. Поэтому не случайно, что современному читателю известны в большей степени именно сочинения византийских церковных историков[1344]. Христианский же Запад, занимая достойное место рядом с Востоком в сфере богословия, в области церковно-исторических сочинений (для этого периода) известен как-то меньше. Можно даже сказать, что исторические сочинения, принадлежащие перу писателей-христиан, по своему внешнему статусу чем-то напоминают последние произведения историков-язычников — они немногочисленны, не столь литературны, как труды восточных духовных писателей, круг их читателей, а следовательно, и степень известности гораздо уже. Однако подобное положение отнюдь не свидетельствует о какой-либо ущербности христианской исторической литературы, создававшейся на латинском языке. Ее становление шло несколько в ином ключе; она зарождалась и развивалась на местном уровне, первоначально во многом тяготея к агиографии и отталкиваясь именно от ее канонов.
1342
Не следует упускать из виду и богатейшую житийную литературу, которая при всей своей формальной обусловленности законами жанра обладает чертами, свойственными историческим сочинениям.
1343
Подобное смещение центра тяжести в развитии сказалось и позднее, уже в эпоху развития науки нового времени. Скрупулезному изучению исследователями в большей степени подвергались (и продолжают подвергаться) главным образом труды ранневизантийских историков. Исторические сочинения западных писателей IV–V вв., как правило, стоят где-то на втором плане; из них действительно нельзя составить столь же блистательной цепочки типа: Евсевий — Сократ — Феодорит — Созомен.
1344
Об их творчестве см., например, следующие фундаментальные исследования отечественных ученых: Лебедев А. П. Греческие церковные историки IV, V и VI веков. М., 1890 (позднее переиздано в книге «Собрание церковно-исторических сочинений». Т. 1. М., 1898 в качестве первого отдела труда «Церковная историография в главных ее представителях с IV века по XX» под названием «Греческая церковная историография древних времен». С. 3–236); Глубоковский Н. Н. Блаженный Феодорит, епископ Киррский. Его жизнь и литературная деятельность. Т. 1–2, М., 1890; Удальцова З.В. Церковные историки ранней Византии / Византийский временник. Т. 43. М., 1982. С. 3–21; Удальцова З.В. Филосторгий — представитель еретической церковной историографии / Византийский временник. Вып. 44. М., 1983; Удальцова З.В. Развитие исторической мысли / Культура Византии. IV — первая половина VII в. М., 1984, раздел о церковных историках см. на С. 179–245; Кривушин И.В. Ранневизантийская церковная историография. СПб., 1998 и др.