«Из-за такого их поведения мы вынуждены распорядиться, чтобы их церкви были закрыты, и так будет продолжаться до тех пор, пока они будут стремиться к открытому конфликту: однако они не желают останавливаться с упорством, которое, очевидно, восприняли от дурных советов. И тем более необходимо и справедливо обернуть против них то, что составляет содержание их собственных законов, которые, хотя императоры были введены вместе с ними в заблуждение в разное время, только теперь случилось обнародовать. Очевидно, что совокупность этих законов стремится к тому, чтобы ни одна церковь не была открыта отпавшим от их суеверия священникам и чтобы нигде нельзя было другим ни основать монастырь или устроить собрание, ни открыть и освятить церкви в городах или каких-нибудь маленьких местечках страны, а все уже существующие должны быть отданы в казну, то есть средства всех находящихся в их ведении церквей и всех священников их веры. У них не должно быть права оставаться в каком-либо месте, но они должны быть изгнаны из всех городов и мест; у них вообще не должно быть возможности крестить или спорить о вере, и у них не должно быть права рукополагать епископов, пресвитеров и других, имеющих отношение к клиру; они заслуживают столь строгое наказание, ибо позволяли себе принимать такие почетные дары, что даже сами устроители подвергнутся штрафу на десять фунтов[834] золота каждый; кроме того, ни одно место не должно быть им предоставлено для проповеди; если же они будут выступать как частные лица, то лишатся всякого влияния; и если они продолжат упорствовать в своем гибельном заблуждении, то из-за собственного упрямства будут под надежной охраной отправлены в изгнание. Вот так упомянутые ранее императоры свирепствовали среди народа[835], так что в пользу тех не было позволено ни дарить, ни завещать или принимать, ни передавать бескорыстно от других; средства также не могли быть переданы ни на основании фидеикомисса[836], ни по завещанию, ни дарениями или оставлением по случаю смерти, ни каким бы то ни было приложением к завещанию или на основании любого другого письменного документа; это распространялось даже на тех, кто служил в их дворцах, на виновных они налагали штраф, размер которого соответствовал высоте занимаемого положения; кроме того, все те лишались подобающих им по закону привилегий и подвергались бесчестью, сами императоры преследовали в судебном порядке тех лиц, которые подлежали публичному обвинению. Служащим из числа судей разного ранга угрожал штраф в размере 30 фунтов серебра; если же пребывающим в заблуждении случалось платить пять раз, то после этого виновные, подгоняемые бичами, отправлялись в изгнание. Далее, все книги священников, признанных неблагонадежными, они велели предавать огню; мы, в свою очередь, с такого рода книгами, так как содержащаяся в них ошибка представляется опасной, приказываем сделать то же самое. Меры, о которых было сказано, императоры велели применять соответственно положению каждого из обвиняемых лиц; так, каждый из сиятельных[837] вносил по пятидесяти фунтов золота, высокородные[838] по сорок фунтов золота, сенаторы по тридцать фунтов золота, принципалы[839] по двадцать фунтов золота, бывшие жрецы по тридцать фунтов золота, декурионы[840] по пять фунтов золота, торговцы по пять фунтов золота, плебеи по пять фунтов золота, циркумцеллионы[841] по десять фунтов серебра; и если они в столь гибельных обстоятельствах продолжали упорствовать, то карались конфискацией всего имущества и изгнанием. Не только сословия городов, но и прокураторы и арендаторы имений[842] могли быть подвергнуты такому наказанию, поэтому они по возможности стремились утаить свое состояние и сделать так, чтобы о нем знало как можно меньше людей, а будучи присужденными к штрафу, не спешили отдать сохраненное судебной власти; неоднократно также было объявлено арендаторам земель царской резиденции[843]: какую сумму они выплачивали царскому дому[844], такую же обязаны были вносить в качестве штрафа в казну; мы же распорядились выслеживать всех вообще арендаторов и землевладельцев[845], которые будут продолжать исповедовать это суеверие; судьи же, не дающие законного хода этому опаснейшему делу, будут наказаны объявлением вне закона и конфискацией имущества; что же касается влиятельнейших должностных лиц[846], то они будут подвергнуты штрафу в троекратном размере, прочие присуждаются к уплате двадцати фунтов золота».
835
Основной корпус законов против еретиков был издан при Феодосии I: «Привилегиями в делах веры должны пользоваться только соблюдающие католический закон. Мы желаем, чтобы еретики и раскольники не только были чужды этих привилегий, но и подвержены различным повинностям. Заклейменные позорным именем еретиков, они кроме осуждения божественного правосудия должны ожидать еще тяжких наказаний, которым по внушению небесной мудрости заблагорассудит подвергнуть их наше величие» (Cod. Theod., XVI, 1, 2). Вообще, за период своего правления Феодосий издал 15 законов против еретиков (Cod. Theod., XVI, 5, 6–23), которыми сильно ограничивались их гражданские и религиозные права: им запрещено было собираться в пределах городской черты на общественную молитву, проповедовать, рукополагать. Эту линию продолжил император Гонорий. В 404 г. Карфагенский собор ходатайствовал перед Гонорием о распространении на донатистов карательных законов, направленных против еретиков. Просьба была удовлетворена. Об аналогичном законе 412 г. см. кн. III, прим. 1. В 418 г. Гонорий, опять-таки по желанию африканских епископов, издал эдикт, по которому пелагиане подвергались гражданскому преследованию.
836
Фидеикомисс — термин из римского права, означающий завещание, обязывающее передать наследство третьему лицу, которое непосредственно не может быть сделано наследником.
837
Inlustres (illustres) — титул высших чиновников империи. Им титуловались префекты преторий (Восточной, Иллирийской, Италийской и Галльской), на которые была разделена империя, а также префекты Рима и Константинополя. Кроме того, им титуловались командующие войсками (пехотой и конницей) на Западе и Востоке, начальники дворцовой стражи на Западе и Востоке, начальники императорской казны на Западе и Востоке, главные спальники на Востоке и Западе, а также консулы и комиты.
838
Spectabiles — также титул высших сановников, но рангом ниже сиятельных. Всего по империи их было 62: первые спальники на Востоке и на Западе, императорские комиты, первые императорские нотарии, магистры канцелярий на Востоке и Западе, проконсулы Азии, Ахайи и Африки, префекты Египта, викарии диоцезов на Востоке и на Западе, военачальники на Востоке и Западе.
841
Циркумцеллионы — в основном сельские жители африканских провинций, среди которых значительное число составляли колоны, которые составляли христианскую секту (сами себя именовали агностиками) и боролись против католических клириков и крупных землевладельцев и были весьма многочисленны. Судя по упоминанию циркумцеллионов как отдельного сословия, данная цитата в эдикте Гунериха приведена из декрета Гонория от 412 г. (Cod. Theod., XVI, 5, 52), в котором они упоминаются в качестве одной из категорий лиц, подлежащих наказанию за приверженность донатизму: «30 января 412 г. Императоры Гонорий и Феодосий Августы Селевку префекту претория. Сим аннулируются прагматические санкции, т.к. даже по предписанию нашей руки они не могли быть исполнены, и устанавливаются следующие, которые уже давно сверх этого были определены и сохранялись санкцией прежних императоров строго со дня расширенного закона: все, в отношении которых будет известно, что они донатисты, а также клирики и миряне, которые, будучи католиками, святотатственно отложатся [от католической церкви], тогда каждому назначается наказание: illustres должны внести в нашу казну 50 фунтов золота, spectabiles 40 фунтов золота, сенаторы 30 фунтов золота, clarissimi 20 фунтов, духовенство 30 фунтов золота, принципалы 20 фунтов золота, декурионы 5 фунтов золота, купцы 5 фунтов золота, плебеи 5 фунтов золота, циркумцеллионы 10 фунтов серебра».
842
Специфическую особенность крупной земельной собственности в Африке в период Поздней империи составляла сдача в аренду крупных имений. Причем арендатору передавались основные хозяйственные функции. Упоминаемый в тексте эдикта Гунериха прокуратор — это управляющий крупным имением, который осуществлял контроль над арендаторами. А уже арендаторы (всего имения или его части) организовывали непосредственное производство посредством небольших хозяйств колонов.
843
До III в. императорские имения (сальтусы) постоянно увеличивались в размерах и появились практически во всех африканских провинциях. Но с началом IV в. императорское землевладение стало уменьшаться: при Константине началось раздача части государственных земель в собственность частным лицам. В течение IV и в начале V вв. практиковалась продажа императорских имений. Однако многие императорские земли сдавались в аренду на принципах долгосрочной аренды (т.к. многие земли императорских имений пустовали). Это арендное владение могло передаваться по наследству и не могло быть отнято у арендатора. Арендная плата с этих владений представляла собой постоянную и неизменяемую величину (Cod. Just., XI, 65, 2).
845
Термин conductores (арендаторы) относится, видимо, как и в римские времена, к арендаторам крупных государственных имений, которые перешли в собственность вандальских королей в Бизацене, Абаритане, Гетулии, части Нумидии (см. выше, I, 4). Непосредственно обрабатывали землю, как и в римские времена, колоны (см. далее, о предоставлении Гунерихом ссыльным католическим епископам земли для обработки на правах колонов (colonatus jure), III, 3). Землевладельцы-посессоры — это как средние землевладельцы-вандалы, которые имели наделы в Зевгитане, отданной войску, так и вандалы, владевшие крупными имениями (представители знати). Все эти категории землевладельцев использовали наряду с трудом колонов труд многочисленных рабов, захваченных вандалами в набегах и разделенных пропорционально между участниками этих набегов (Vict. Vit., I, 8; Malch., fr. 3). К этой же категории посессоров относятся крупные и средние римские землевладельцы, сохранившие свои имения главным образом в Бизацене (как мы видим из биографии Фульгенция, Vita Fulgentii, I, 4; XIV, 28), но также, возможно, и в Зевгитане (Vict. Vit., I, 5 — insignes viri). Что касается римлян-землевладельцев, то здесь отдельно следует сказать о сенаторах. Среди исследователей существует мнение, что в вандальском государстве сенаторы сохранились как сословие. У Виктора (и только у него) сенаторы упоминаются лишь в двух случаях: в тексте данного декрета Гунериха, но это прямая цитата из декрета императора Гонория 412 г., и в I, 4, но там речь явно идет о сенаторах Карфагена (senatores urbis), т.е. муниципальной знати. А учитывая многочисленные свидетельства о репрессиях, обрушившихся на сословия знатных и богатых римлян после вандальского завоевания (см. кн. I, прим. 20, 33), весьма маловероятно, что сенаторы как сословие смогли сохраниться в вандальском государстве.
846
Речь идет о высших чиновниках государства (primatibus officiorum). Вообще, государственный аппарат королевства был организован по римскому образцу. Существовал штат чиновников (officiales), разделенный на различные ведомства (officia). Центральное управление возглавлял praepositus regni. Наместниками на местах были комиты и префекты. Имелся личный королевский совет (domestici).