Второй мерой был аграрный закон. Полученные по этому закону земельные наделы не могли отчуждаться ранее, чем через 20 лет. Получателями наделов должны были стать бывшие солдаты (ветераны Помпея) и безработные городские пролетарии. Однако, в отличие от законопроекта Рулла, Кампанский земельный фонд (ager Campanus) не подлежал разделу. Военная добыча Помпея должна была компенсировать издержки по приобретению земли мирным путем. Выполнение закона было поручено комиссии из двадцати членов157, в которую вошли Помпей и Гн. Тремеллий Скрофа. Катон попытался организовать обструкцию в сенате. Цезарь отправил его в тюрьму и решил вынести законопроект на обсуждение народного собрания. Катон и Бибул снова попытались обрушиться с нападками на Цезаря, однако их спихнули с трибуны. Тогда Красс предоставил свои гарантии, а Помпей произнес одобрительную речь, вызвавшую рукоплескания, и Цезарь предложил народу попросить защиты у Помпея. Бибул хотел было прибегнуть к интерцессии, но натиск противников вынудил его отступить.[64] Закон прошел в том виде, в каком был составлен Цезарем, и сенаторам пришлось его соблюдать под страхом гражданской смерти: все, даже Катон, поклялись подчиниться ему. Трусость сената вызвала у Бибула столь сильное отвращение, что он заперся у себя в доме. Тогда Цезарь стал «править» единолично. Он ополчился на сенаторов. Когда проконсул Антоний Гибрида возвратился из Македонии, покрытый позором взяточничества и поражений, М. Целий Руф привлек его к суду. Цицерон выступил защитником, однако Антоний был осужден. Цицерон совершил промах, выступив с нападками на Цезаря в тот самый день, когда тот помог Клодию стать плебеем.[65] Последний смог в результате выставить свою кандидатуру на выборах плебейских трибунов и в свою очередь вступить в борьбу против неосмотрительного Цицерона.
Козыри Цезаря. Чтобы завоевать симпатии всадников, Цезарь снизил на треть сумму, которую откупщики налогов обязались внести в казну по условиям проводившихся цензорами торгов. Одновременно он обеспечил себе благосклонность Помпея, Красса и жителей провинций, которым были снижены подати.
Он добился одобрения действий Помпея на Востоке: Лукулл, опасаясь преследований за лихоимство, не стал препятствовать, и распоряжения Помпея были по инициативе консула утверждены.
По его же предложению сенат провозгласил Птолемея Авлета другом и союзником римского народа. Таким образом подготавливались основания для вторжения в Египет. Во всяком случае Птолемей Авлет прислал 6 тысяч талантов, которые Цезарь и Помпей поделили между собой, а Красс, будучи кредитором Цезаря, косвенным образом также извлек выгоду из этих денег.
В апреле 59 года во втором аграрном законе было предложено разделить также и ager Campanus.
Так всего за два месяца сенаторы увидели, как их власть уменьшалась и подвергалась осмеянию. Женившись на дочери Л. Кальпурния Пизона, Цезарь выдал за Помпея свою единственную дочь Юлию (это произошло не позднее 1 мая).
Еще до выборов консулов этого года сенат определил, какие провинции достанутся в управление будущим консулам после окончания их полномочий, и это были две малозначительные области: Silvae («леса») на краю Бруттия и Calles («тропы») вокруг Брундизия.[66] Теперь же П. Ватиний158 предложил передать Цезарю управление Цизальпинской Галлией вместе с Иллириком сроком на пять лет и с правом самому выбирать легатов и выводить колонии, а также с предоставлением ему трех легионов. При поддержке Помпея и Красса плебисцит прошел, не встретив возражений. Загнанные в угол отцы-сенаторы расщедрились и добавили Трансальпийскую Галлию[67] и четвертый легион. Цицерон выступил с обличением подобного «царствования» (regnum) и на три месяца исчез из Рима. Ничто не мешало Цезарю навербовать себе сторонников и добиться летом 59 года избрания Клодия трибуном на следующий год. Избранными 18 октября 59 года консулами были: А. Габиний, человек Помпея, и ставленник Цезаря, его новый тесть Л. Кальпурний Пизон. В ответ лишь писались памфлеты, например «Трехглавие» (Tricaranus) Варрона, множились непристойные намеки на «царицу Вифинскую», звучавшие даже со сцены театра; Курионы выступали с неистовыми речами,[68] Помпея освистали на Форуме. Можно задать себе вопрос, не были ли Курионы агентами-провокаторами Цезаря. Ведь это молодой Курион убедил Цицерона в том, что Клодий готов, став трибуном, опротестовать действия Цезаря. Цицерон попался в эту ловушку и открыто продемонстрировал свою ненависть к Цезарю, который принял это к сведению. Одновременно Л. Веттий пустился в неправдоподобные обвинения против молодых людей из окружения Куриона, которые якобы замышляли убить Помпея.[69] Сенат приказал Веттия арестовать. Цезарь заставил его публично подтвердить свои разоблачения в отношении двух своих врагов — Лукулла и Цицерона. Спустя несколько дней Веттий был найден мертвым в своей тюрьме. Цезарь сумел избавиться от неудобного свидетеля, но при этом, несомненно, воспользовался его так называемыми показаниями. От этой клеветы и этих провокаций Республика медленно умирала.