— Горничная, — ответил патрульный Мерфи.
— Как ее зовут?
— Хэйзел, — сказала я. Даже с моей точки зрения мое поведение было странным, но единственным способом справиться со сложившейся ситуацией была шутка.
— Она сказала, что ее зовут Элисон Кофф, — ответил патрульный Мерфи, будто меня в комнате вообще не было.
— Меня зовут Элисон Кофф. А кто вы и все эти люди?
— Я детектив Майклз. Это — детектив Орайджи. Там — сержант Браун. Рядом с ним — сержант Петрович.
— Рада со всеми вами познакомиться, — сказала я, хотя никто меня не слышал, потому что все здоровались друг с другом.
— А, доктор Чен. Рад вас видеть, — сказал патрульный Дероза, приветственно махая рукой восточного вида мужчине в темно-сером костюме.
— Кто он? — спросила я, обращаясь сразу ко всем присутствующим.
— Коронер, — ответил детектив Майклз. — Теперь давайте пройдем сюда и побеседуем. Он увлек меня в угол кабинета Мелани.
Но как я могла сконцентрироваться, когда вокруг меня была такая суета? Полицейские были повсюду. Они фотографировали место преступления, перебрасываясь громкими фразами, словно в фильме про полицию. Потом в комнату вошли шесть санитаров с медицинскими инструментами и небольшими пластиковыми пакетами.
— Каковы были ваши взаимоотношения с потерпевшей? — спросил детектив Майклз и принялся делать записи в небольшой блокнот.
— Я ее домработница, — сказала я. — Нет, я была ее домработницей. — Господи, теперь, когда Мелани мертва, у меня нет больше работы. — Мне надо остаться здесь еще на некоторое время? — осведомилась я у детектива.
— Да. Мне требуется записать ваш рассказ. Затем я отвезу вас в участок, чтобы с вами мог побеседовать мой напарник.
— Ваш напарник?
— Да, детектив Корзини. Он тоже снимет ваши показания.
— Понимаю, — сказала я, хотя вот уже последние три года не понимала, что со мной происходит.
— Похоже, все это вас не слишком взволновало, а? — подозрительно спросил детектив Майклз.
— Не взволновало? Меня? Нет, я страшно расстроена. Я работала на мисс Молоуни почти месяц, и мне очень нравилось убирать ее дом. — А что они от меня ожидали? Признаний в том, что я ненавидела Мелани и проводила дни в мечтах о ее убийстве?
— Я хочу расспросить вас о вашей работе, о том, как вы обнаружили тело и все такое прочее. О'кей?
— Конечно. Мне нечего скрывать, — сказала я, вытирая влажные руки о свою униформу.
— Прежде чем мы начнем, я хочу вас спросить: все ли осталось в таком же положении, как и в тот момент, когда вы обнаружили тело? — спросил детектив Майклз. — Вы ничего не выносили из дома, не так ли?
— Ничего, — сказала я. Ну, по крайней мере, из этой комнаты.
— Почему бы вам не рассказать мне, что здесь в действительности произошло, мисс Кофф? — сказал детектив. — И не упускайте ни одной детали.
Часть вторая
Глава 10
— Садитесь сюда, мисс Кофф, — произнес детектив Джозеф Корзини, указывая на стоявший напротив него стул. Сам детектив был своеобразным вариантом Джона Траволты[44], но в интерьере полицейского управления Лэйтона. Своим высоким ростом, манерами и обликом он напоминал завсегдатаев фешенебельных ресторанов, но при этом был самым непоседливым человеком, которого мне когда-либо приходилось встречать. Руки его находились в постоянном движении. Он то запускал их в свою кудрявую черную шевелюру, то елозил ногтями по ноге, обтянутой брюками, то разглаживал галстук, чтобы тот ровно лежал поверх рубашки. Вначале я решила, что это своеобразный тактический прием, направленный на то, чтобы сбить с толку и заставить нервничать подозреваемых, которые после подобной обработки должны полностью «расколоться и молить о пощаде. Но позже я поняла, что детектив Корзини был тем, кого Сэнди называл «зацикленными на своей внешности. Другими словами, его больше интересовало, как он выглядит, чем как раскрыть преступление.
— Не могу ли я позвонить? — спросила я его. Мы находились в двух кварталах от универмага Коффа.
— Зачем? Вы хотите вызвать адвоката или кого-то еще?
— Адвоката? Конечно, нет. Я не сделала ничего плохого.
— Никто и не говорит, что вы сделали, мисс Кофф.
— Правильно. — Если я не перестану оправдываться, детектив может заподозрить, что это я убила Мелани. Не нервничай, успокаивала я себя. Представь, что этот допрос просто приятная беседа с местным полицейским. Ничего особенного. — Если вы не возражаете, мне бы хотелось позвонить своему приятелю.