– Почему, дед?
– Это всё бухгалтерия. – Старик с омерзением сделал вид, будто считает банкноты. – Бухгалтерии ремонт не нужен, сынок. Этот японский министрик и его чёрные деньги… после той истории «Локхид» уже не оправился. Как только бухгалтерия победила – кончилась «шарашка». Когда деньги берут верх над техникой, всему конец, сынок. Когда деньги берут верх над техникой – всё, остались только хром и обтекатели.
Вана кольнуло сочувствие. Ему было семь лет, когда прогремел скандал со взятками в «Локхиде». Если бы не дедово отчаяние, Ван и не вспомнил бы о том случае – всего лишь полузабытый позор эпохи Уотергейта.
Но позднее эта история всплыла перед ним ещё раз – когда японец из «ДоКоМо»[15] пытался объяснить ему, почему у Японии возникло столько проблем. Почему Япония, страна лучших в мире инженеров и самых крутых гаджетов, провалилась в черную дыру. В восьмидесятых казалось, что японцы будут править миром. В девяностых уже не казалось.
Ван как-то сразу решил для себя, что мир оборонных контрактов живет коррупцией. Трудно развеивать несуществующие иллюзии. По счастью, сам он обитал в мире компьютеров и телекоммуникаций. Совсем в другом мире.
– Ну вот… – пробормотал старик. – Это всё, сынок. Всё, что тебе нужно знать. Теперь можешь ехать домой и выпить за здоровье.
Дед рассеянно перебрался поближе к столу и споткнулся о натянутый между ящиком и розеткой красный провод. С удивлением вытащил сверкающий клеевой пистолет и осторожно примостил на столешнице.
– Ты только глянь на это чудо, – промолвил он. – Дед, я уже видел паяльные пистолеты.
– Такого ты ещё не видал, малыш. Мне его сварганили ребята из Бербанка, когда мы отожгли швы на корпусе «Дрозда». А корпус мы варили из листового титана – на трех Махах обшивку греет так, что свинец плавится! – Он потряс пистолетом. – Давай покажу.
Ван с ужасом заметил, что дешевая розетка уже пожелтела и начала оплавляться.
– Дед, не стоит плавить свинец в этой штуке.
– Да ну, она любой припой берет, без проблем. Дед зашарил в ящике стола, перебирая пыльный мусор.
– Дед, дай мне эту штуку!
– Для тебя она слишком старая. Мне ее ребята спаяли в шестьдесят третьем. Именной супербластер Чака Вандевеера! – Он восторженно ухмыльнулся. – Чертовски славная вышла шутка. Хорошие были ребята, веселые.
– Дед, я куплю тебе в универмаге новый.
– А этот я тебе не отдам. Он мой. Тебе правда нужен паяльный пистолет, малыш? Зачем?
На это Вану ответить было нечего. Старик прищурился.
– Не можешь рассказать? Секретно? Это всё электроника.
– М-м… ну да.
– Там сплошная пайка. Лампы, всё такое.
– Точно! – подхватил Ван. – Сплошная.
– Тогда забирай его, Дерек, сынок. Оставь у себя, покуда будет нужен.
– Спасибо большое!
Ван торопливо выдернул паяльный пистолет из розетки и, пошуршав липучками, уложил опасное устройство в самый большой карман. По крайней мере, дом не сгорит.
– Дед, – он обвел комнату свободной рукой, – как ты здесь оказался?
– Прячусь я тут, вот что! С тех пор, как выбрался из дурдома! – Дед Чак постучал по обтянутому пергаментом лбу. – Старик Келли – вот кто не умел вовремя рвать когти! Склероз его скрутил, вот в чём была его беда… Я же помню, как он валялся на больничной койке, почти парализованный, и честил Аллена Даллеса – это когда Даллес уже помер давно… Совсем из ума выжил! А вот малыш Шрини… Он ещё мальчишка, конечно, Шрини-то, но неплохой инженер, из лучших моих ребят… Вот, компьютер мне починил, теперь читает вслух инструкции… Нарасхват сейчас парень идет, занятой весь из себя… Это его комната.
– Самолёты он любит, – заметил Ван.
– Знаешь, я плачу его матушке за стол и кров. Она нынче вдова… Семейные ценности, дело серьёзное. – Старик вновь обернулся к столу, в безропотном смятении взирая на груду пластмассовых деталек. – Вот это… это Р-38, «Лайтнинг». Первая, классическая модель Келли Джонсона. «Лайтнинги» сбили адмирала Ямамото. – Он постучал по фюзеляжу механическим карандашом. Вот тебе и Перл-Харбор – так-то, адмирал? Добро пожаловать в ад!
Зазвонил один из телефонов. Ван запустил руку в карман.
– Вандевеер слушает.
– Где мы?! – донесся из трубки жалобный вопль. Хельга. – Где вы?
– Мы уже приехали. Это Бербанк.
– На улице ни души! Я всюду смотрела! Мне страшно! Почему телефоны так плохо работают? Я всё время забываю, какой код нужно набирать…
– Я сейчас за вами приду, – пообещал Ван.