Дела идут почти нормально, хотя нам пришлось оплакать две тяжелые утраты: Рубио и Роландо. (…) Кроме того, тотальная изоляция; болезни подорвали здоровье некоторых товарищей, и вынуждены разделить наши силы (…), крестьянская база все еще не развивается, хотя нам удалось достичь нейтралитета у большого числа, посредством организованного террора. Поддержка придет потом (…) Дантон и Карлос стали жертвой своей спешки, своего почти безнадежного желания уйти и моего недостаточного сопротивления. Таким образом прерывается связь с Кубой (Дантон) и мы потеряли разработанную схему действий в Аргентине (Карлос) (…)
[4-е.
Центральный лагерь был занят армией, приведенной двумя дезертирами. С обнаружением маленького дорожного дневника Браулио (лейтенант Исраэль Рейес), который был плохо спрятан. Факт, который заставил Че изменить свой псевдоним с Рамона на Фернандо.
18-е.
В сопровождении проводника, данного армией, агент ЦРУ Жорж Эндрю Рот направляется в Лагунильяс, имея в своей записной книжке вопросник, позволяющий удостовериться, правда ли, что Че ведет герилью под именем Рамона, а также присутствие Дебрэя и Тани. Со специальным заданием: нанести химическое вещество на одежду и вещмешки герильеро, чтобы полицейские собаки смогли к ним приблизиться. Это объясняет появление немецких овчарок 25-го.
20-е.
Арест в поселке Муйупампа Режи Дебрэя (Дантон) и Сиро Роберто Бустоса (Пелао) в сопровождении английского журналиста Рота. План армии состоял в том, чтобы заставить исчезнуть двух первых; возможно, и третьего. Убийство Дебрэя и Бустоса, которое оставалось в тайне, стало невозможным из-за публикации фотографий, задержанных в газете Презенсия.
23-е.
Майор Ральф Шелтон, называемый Папи Шелтон, с техникой, использованной во Вьетнаме, начинает инструктировать «зеленые береты» на территории сахарного завода Эсперанса около Санта-Крус.
24-е.
Эксперты США Теодор Кирш и Жозеф Келлер в сопровождении агента ЦРУ Эдуардо Гонсалеса участвуют в допросе Дебрэя и Бустоса. Конечно, в присутствии французского наци Клауса Барбье, бывшего шефа гестапо Лиона, а также советника президента Барриентоса. Он избегает показываться Режи Дебрэю, который мог бы его узнать.
В конце месяца заключенным показан огромный альбом фотографий с требованием указать тех, кто может быть из герильи.
Раскрыв преступления и поведение администрации в концентрационных лагерях, боливийский журналист Хуан Хосе Каприлес обнаруживает, что два лейтенанта, убитые 10-го в Ирипите, Луис Сааведра Арамбель и Хорхе Айала Чалес, были отправлены на передовую за то, что открыто критиковали репрессивный климат в армии. Репортаж, где Каприлес утверждает, что Че в герилье, и публикует настоящий гимн в честь героического герильеро. Его газета сразу же закрывается, а он должен покинуть страну, чтобы спасти себе жизнь.
В этом же апреле история, которая могла бы изменить положение вещей. Бениньо рассказывает: «Мы чуть было не сместили президента Барриентоса, этого сумасшедшего с недоносками! Это было 10 апреля. Он был с патрулем, который нас искал. И за малым мы могли его схватить. Мы знали, что он хотел наши головы выставить перед дверью президентского дворца в Ла-Пасе. Зато он уверен, что, если попадет в наши руки, Че не убьет его. К несчастью, этого не случилось»].
1 мая.
Мы празднуем эту дату, прокладывая проход, но двигаясь очень медленно; мы еще не достигли линии водораздела (…) Ньято убил из рогатки птицу; вступаем в царство птиц.
5-е.
(…) Мы думаем направиться в Урс[61], где должно остаться что-нибудь из еды на два дня, а оттуда в старый лагерь (…) Объявили, что Дебрэя будет судить военный трибунал в Камири как предполагаемого руководителя и организатора герильи. Завтра приезжает его мать, вокруг этого дела немало шума (…)
8-е.
(…) Лоредо (младший лейтенант армии) открыл огонь и был сражен одновременно с двумя рекрутами. Уже наступила ночь и наши продвинулись; они захватили шесть солдат (…)
9-е.
Встали в 4 часа (я не спал) и отпустили солдат, предварительно опросив (…)
12-е.
Приготовили поросенка с рисом и внутренним жиром с тыквенным гарниром (…)
13-е.
День последствия пира, отходящих газов, рвоты и поноса; настоящий органный концерт. Остаемся абсолютно неподвижными, пытаясь усвоить поросенка (…)
18-е.
(…) Произвел первое удаление зуба в этой герилье, искупительная жертва Камба. (…)
20-е.
(…) Барриентос отказался признать Дебрэя как журналиста и объявил, что потребует от Конгресса восстановить смертную казнь. Почти все журналисты и все иностранцы спрашивали его о Дебрэе; он защищался с помощью невообразимо слабых аргументов (…)