– В какой именно?
– Эротической. Джентльмен этот – назовем его мистер Смит – имел несколько необычные пристрастия. И эти пристрастия он предпочитал держать в тайне.
Себастьян прижал платок к ссадине на щеке.
– И?
– Он мудро решил выложить мне свою мерзкую историю и попросил совета. Я обсудил ситуацию с лордом Джарвисом, и мы решили использовать мистера Смита.
– Вы хотите сказать, что он стал двойным агентом, который передает французам определенную информацию через Пьерпонта? – Себастьян отшвырнул окровавленный платок и налил себе бренди.
– Да. – Граф встал и подошел к камину. – Французы всегда будут шпионить, и в Лондоне есть руководители их шпионских сетей. Хорошо, когда мы хотя бы отдельных игроков знаем. Тогда за ними можно следить и контролировать потоки потенциально опасной информации… в определенной степени.
– А Рэйчел Йорк? Она передавала информацию Пьерпонту?
Гендон внезапно побледнел.
– Господи, кто тебе это сказал?
– Тот же, кто поведал про Пьерпонта. Это так? Рэйчел была одной из шпионок Пьерпонта?
– Я не знаю.
Себастьян пронзил отца жестким взглядом.
– Вы уверены? Она не шантажировала вас тем, что вы передаете государственные секреты французам?
Голубые глаза Гендона опасно сверкнули, он стиснул кулаки.
– Господи. Не будь ты моим сыном, я бы тебя за такие слова на дуэль вызвал.
Себастьян со стуком поставил стакан.
– А что еще прикажете мне думать?
Граф стоял неподвижно, двигая челюстью взад-вперед в глубокой задумчивости. Наконец, судорожно вздохнув, он сказал:
– Тем утром, во вторник, в тот день, когда ее убили, Рэйчел Йорк приходила ко мне. Она сказала, что у нее есть документ, который она готова мне продать.
– Что за документ?
Гендон замялся.
– Да что за документ, черт побери?!
Лицо графа посерело.
– Аффидевит[12] твоей матери. С подробным описанием ее супружеской измены.
– Моей матери?
Его мать умерла давным-давно, погибла на яхте летом близ Брайтона, когда ему было одиннадцать лет. Калейдоскоп воспоминаний закружился у него в голове. Сверкающее на солнце море, ласковый женский смех и глубокое ощущение потери. Он поскорее прогнал эти мысли.
– Вы сумели получить этот документ?
– Нет. Я уже говорил тебе, что девушка была мертва, когда я пришел. Я обыскал тело, но документа не нашел.
Угли в камине зашипели, и звук этот показался неестественно громким в напряженной тишине.
– Вы понимаете, – сказал Себастьян, – что этот документ может быть очень сильным мотивом для убийства?
– Не будь дураком. – Гендон порылся в карманах халата и достал трубку и кисет. – Публикация его содержания меня, конечно, разозлила бы, но не более того.
– И сколько вы собирались за него заплатить?
– Пять тысяч фунтов.
Себастьян тихо присвистнул.
– Есть люди, которые сочтут пять тысяч фунтов очень весомой причиной для убийства.
Гендон ничего не ответил, занявшись набиванием трубки. Себастьян смотрел, как тот приминает табак. Лицо графа было жестким. Непреклонным. И Себастьян подумал, как же мало на самом деле он знает отца.
– А если документ сейчас в руках убийцы Рэйчел Йорк? Что тогда?
Гендон покачал головой.
– Не уверен, что она принесла его с собой в церковь. Скорее всего, она намеревалась повысить цену.
Себастьян подумал, что могло быть и так, но вряд ли – с учетом того, что он слышал о нервозности Рэйчел и ее планах покинуть Лондон. Его охватило сильное беспокойство. Слишком многого он не мог понять, но если он надеялся найти убийцу Рэйчел, ему необходимо было выяснить все.
– Она не сказала вам, как этот аффидевит попал в ее руки?
– Нет.
– А вы не спрашивали?
– Конечно спрашивал. Но она отказалась отвечать. – Гендон провел крупной мясистой рукой по подбородку. – Господи. Если она работала на Пьерпонта, то, скорее всего, она получила этот документ от него.
– Но вы не знаете.
– Нет.
– Но она могла преследовать и другие цели. Если бы стало известно, что вы покупаете документы у французского шпиона, то вам пришел бы конец.
Гендон сунул трубку в зубы и крепко прикусил ее.
– Это не стало бы известным. – Запалив фитиль, он поднес его к чашечке трубки и, втянув щеки, сильно вдохнул, затем выдохнул струйку тонкого голубоватого дыма. – Ты просил меня выяснить, чем занимался Пьерпонт вечером во вторник.
– И?
– У него действительно был ужин. Все это было сделано второпях, поскольку он только тем утром вернулся из-за города.
– Значит, он не мог убить Рэйчел Йорк.
– Не обязательно. По словам одного из гостей, Пьерпонт под каким-то предлогом отсутствовал довольно долго где-то между девятью и десятью.
12
Аффидевит – (англ. affidavit) в англосаксонском праве письменное показание под присягой.