Конвейеры уже не изрыгают бракованных телевизоров. Но что директор не в силах остановить — так это время. Пока женщины возле замерших конвейеров вяжут, пока инженеры и техники устраняют дефекты, время бежит, и дефицит в плане изо дня в день растет.
Рене, например, устанавливает, что на 12 мая долг завода государству возрос до 3352 «Ораванов» стоимостью в 6 000 000 чехословацких крон.
Директор предпринимает дальнейшие меры.
В гостиной своей квартиры Рене встречает новых жильцов: они из группы инженеров и техников, приехавших на месяц по договоренности из «Теслы Страшнице».
И так же, как и директору, Рене эти меры кажутся радикальными. Дефекты нового изделия удается-таки устранить. Несколько телеприемников испытываются на местах по трассе Острава — Брно — Нове-Место — Тренчин — Жилина. По поступающим сведениям, телеприемники повсюду работают безотказно. И выполнение плана, словно само по себе, начинает постепенно налаживаться.
Директор облегченно вздыхает: чем черт не шутит, может, еще и наверстаем упущенное! Откладывается отпуск в масштабах всего завода, покрывается дефицит. Администрация, ОЗК КПС, ЗК РПД и ОЗК ЧСМ[31] обращаются с совместным призывом к коллективу покрыть его, и призыв подхватывается.
А Рене что? И Рене снова переходит в статьях на более бодрый тон.
Однако радость преждевременна. Плановые показатели снова снижаются. А если порой и повышаются, то ненадолго: не успеешь оглянуться — снова спад. В телевизорах обнаруживаются новые дефекты. К счастью, отправка изделий еще не началась — хотя и полагалось бы ей начаться.
Наконец 26 мая все технические неполадки, похоже, устранены, и завод готов приступить к серийному выпуску продукции. Директор дает указание постепенно отзывать инженеров и техников с производственных участков на прежние рабочие места. Настало время, когда их способности завод предпочитает использовать по прямому назначению. Коллектив опытников выступает с инициативой создать пост «технической чести». До тех пор пока не нормализуется производство, рабочие и техники на этом посту в свободное от работы время будут отлаживать бракованные телевизоры, лежащие на «кладбище».
Да, вот он, наконец, способ предотвращения кризиса, думает Рене. Однако что это? Дефицит вновь возрос, А штука в том, что, пока решались технические проблемы, снизилась технологическая дисциплина на конвейерах. И дисциплина вообще. По всему заводу. Одна смена выполняет план, другая его срывает. Люди спорят, перебраниваются.
И директор начинает понимать, что вздыхать с облегчением было пока рановато.
На завод прибывает комиссия из министерства и 30 апреля по причине низкого качества отбраковывает у них 410 телеприемников, считавшихся пригодными к отправке. Дефицит в этот день исчисляется уже 8892 приемниками стоимостью в 17 712 864 чехословацкие кроны. А из числа изготовленных 2908 штук могло быть отправлено к покупателю лишь 1626.
К тому же еще и Госбанк досаждает директору — 1 июня отказывает заводу в кредите: рабочие и служащие лишаются зарплаты.
А дефицит непрерывно растет, Рене это знает. А трудовая дисциплина непрерывно падает. Директору приходится проглотить и следующую пилюлю — дать оценку сложившейся обстановке приезжают работники Министерства машиностроения и эксперты из «Теслы Братислава».
9 июня положением на заводе заинтересовывается РК КПС в Дольнем Кубине.
13 июня от РК КПС приезжает комиссия в составе 6 человек и составляет отчет.
А дефицит непрерывно растет. Каждый день недосчитываются 200—300 приемников, Рене и это известно, причем недочеты постепенно обнаруживаются во всем. Не только в конструкции или технологии. Не только в плохом снабжении или плохой трудовой дисциплине. Поговаривают и о том, что некачественны и комплектующие детали. И измерительные приборы, дескать, ни к черту не годятся. Проносится, например, слух, что невозможно отладить производство еще и потому, что паяльники скверные.
28 июня директор узнает, что на имя тружеников «Теслы Орава» пришло письмо бюро РК КПС. Письмо призывает коллектив завода смело и решительно указывать на недостатки и во всеуслышание называть виновных. Но если труженики и впрямь разовьют свою активность, не ухудшится ли обстановка на заводе еще больше? В этом опасении директор и другие руководители завода единодушны. Поэтому с содержанием письма коллектив завода предпочитают до поры до времени не знакомить.
А дефицит продолжает расти: в какой день на 40 телевизоров, в какой — на 400. Рене узнает и о том, что стремление любой ценой выполнить план дает уже первые отрицательные результаты: на завод пришло первое письмо возмущенного потребителя, вслед за ним и другие. Валент Сестриенка из Земянских Костолян пишет: «Разве допустимо, чтобы я на своем рабочем месте добивался высоких производственных показателей, а при этом получал негодную продукцию от других?»
31
Общезаводской комитет Коммунистической партии Словакии, Заводской комитет Революционного профсоюзного движения, Общезаводской комитет Чехословацкого Союза молодежи.