Выбрать главу

На мгновение Дэвиду показалось, что он смотрит какой-то знакомый фильм, что все это происходит не с ним, а с каким-то знакомым актером. Но прошло мгновение, и еще, и еще, а фильм не кончался. Глаза Фитцджеральда были закрыты. Дэвид наклонился над ним и прислушался. Капитан дышал. Дэвид запер дверь. Что там дальше, в этом фильме? Он огляделся.

- Кто это? - Клер трясло.

- Так... Один приятель...

- Ты гангстер? - в голосе Клер звучал теперь не страх, а разочарование. "Гангстер... просто гангстер... и все... все..."

- Нет, Клер, не гангстер, а урод. Понимаешь, урод?

- Они будут здесь с минуту на минуту.

- Сейчас.

Дэвид с трудом приподнял капитана и положил на кровать, повернув лицом к стене, потом быстро вывернул лампочку из настольной лампы, вставил в патрон монетку и снова ввернул ее. Послышался легкий треск, свет в номере погас.

Они выглянули - никого. Мягкий свет из длинных плафонов заливал коридор, наполнял его спокойствием. Дэвид плотно, стараясь не хлопнуть, закрыл дверцу лифта.

- Сначала на второй, - шепнула Клер. - Я выйду, поедешь в подвал. Выйдешь, сверни направо, там выход. Там тебя не ждут.

- А ты?

Она ничего не ответила и лишь посмотрела на него. "Я уеду с ним, - услышал Дэвид ее мысли, - уеду. Все равно..."

- Куда она запропастилась, эта шлюха? - спросил Билл Пардо у своего коллеги. Они стояли в холле и покуривали.

Наконец появилась Клер. Она сбежала по лестнице и быстро шепнула им, направляясь к выходу:

- Все в порядке, дверь открыта.

- Ладно, - буркнул банкомет и кивнул коллеге, - пошли.

Дверь шестьсот сорок второго была приоткрыта.

- Свет не горит.

- Клер, наверное, погасила. Он спит, ему можно аппендицит вырезать, и он не проснется.

Они оглянулись по сторонам - коридор пуст - и проскользнули в номер.

- Где выключатель? - шептал Билл. - Ага, вот он.

Послышался щелчок, еще один, свет не зажигался. Билл, выставив перед собой руки, подошел к столу и нащупал на нем лампу. Снова никакого результата.

- Замыкание. Черт с ним. Тем лучше. Он подошел к кровати и нащупал лежавшего человека.

- Иди сюда. Вот он.

Билл привычно обшарил все карманы.

- Ишь ты, сволочь, - шепнул он, нащупав пистолет, - с пушкой ходит. Давай.

Они начали избивать спящего ногами и руками.

- Обожди, Билл, - сказал его спутник. - Столкну на пол, удобнее будет.

Он дернул за пиджак, и тело с глухим стуком ударилось об пол. Они наносили удары с яростью разоблаченных шулеров. Они тяжело дышали и стирали руками пот, они устали.

- Ладно, хватит, - сказал Билл. - Чикни зажигалкой, посмотрим, что от него осталось.

Огонек осветил вздутую окровавленную маску. Но это явно был не тот, кого Билл ожидал увидеть. Он отшатнулся.

- В чем дело, Билл? Или мы перестарались?

- Это не он.

- Давай посмотрим. Приоткрой дверь. Они принялись рассматривать то, что вытащили из карманов.

- Капитан полиции Эрнст Фитцджеральд, - пробормотал Билл, держа в руках документы. - Боже правый, что же делать? Смотри, это карточки того типа! Что за чертовщина?

- Ладно, разберемся потом. Что сейчас делать? Оставить в номере?

- Может быть, утащить к...

В дверь тихонько постучали. Билл в темноте зажал рот своему соучастнику.

- Мистер Росс... - слышалось из-за двери.

- Заходите, - сказал Билл, - я лежу. Заходите, сейчас зажгу свет.

Дверь приоткрылась, и в комнату проскользнул долговязый человек. Свет из коридора сверкнул на глянцевой маленькой головке.

Билл и его товарищ выскочили в коридор и захлопнули за собой дверь. Банкомет повернул ключ.

- Не знаю, кто там, но для нас это дар божий. Значит, того парня зовут Росс. Но куда он делся? Ладно. Теперь надо сообщить в полицию.

Компаньон частного сыскного бюро "Донахью и Флисс" Юджин Донахью услышал: "Заходите, я лежу", - и вошел в номер. В комнате было темно, он остановился. И тут кто-то шмыгнул мимо, дверь захлопнулась, и он услышал, как щелкнул замок.

- Мистер Росс! - позвал он. - Что за шутки?

Никто не ответил. Окна сквозь драпри чуть посветлели, выступив в черноте смутным пятном, и вновь исчезли. "Должно быть, реклама на улице", - подумал сыщик и двинулся к окну. Что-то попало под ногу. Донахью нагнулся и ощупал руками - ботинки. Но они не просто стояли на ковре. Носки их торчали кверху! На полу лежал человек. Донахью отскочил, словно схватился за обнаженный электрический провод, и больно ударился о стену. Он ощупывал ее и жарко молился. Вот он, вот выключатель! Он судорожно нажал кнопку, но темнота не шелохнулась.

Испуганные мысли метались в голове, казалось, они вдребезги разобьют его черепную коробку:

"В комнате труп Росса, в кармане - его фото. Дверь заперта. Как доказать, что не я убийца, что все это чудовищная провокация? Позвонить Барби или Трумонду? Но что они могут сейчас сделать, чем могут помочь?"

Внезапно ему почудился слабый стон. Стон повторился. Слава всевышнему Росс жив! Он пополз, вытянул руку и ощутил что-то липкое. Сейчас сюда войдут, а у него на руках кровь. Он лихорадочно тер пальцы о ковер, пока рука у него не нагрелась.

Щелкнул замок, и Донахью вскочил на ноги. Тонкий луч фонарика, физически ощутимый в темноте, скользнул по лежавшему на ковре телу, прочертил причудливую траекторию и остановился на нем.

- Кто вы? - спросил голос.

- Юджин Донахью, компаньон частной сыскной фирмы "Донахью и Флисс" из Аплейка.

- Что вы здесь делаете?

- Я разыскивал человека по имени Дэвид Росс.

- Видно, вы так обрадовались встрече, что превратили его в лепешку? Я всегда говорил, что эти частные сыщики...

- Он жив, ему нужна помощь, но это не я. Луч фонарика остановился на лице лежащего человека.

- Боже правый! - вскрикнул Донахью. - Это не Росс.

- Но, надеюсь, это тоже ваш знакомый? Отделать так незнакомого было бы просто невежливо.

- Это же Эрни Фитцджеральд, капитан полиции из Аплейка.

- Ну-ну. Я тоже полицейский, - сказал голос. - И может быть, вы сами расскажете, как и за что вы его так отделали? Или вам нужно для этого нормальное освещение?

ГЛАВА, В КОТОРОЙ ДЭВИД ПРИЗНАЕТСЯ КЛЕР В СВОЕМ УРОДСТВЕ

Дэвид открыл глаза и потянулся.

- Клер, - позвал он.

- Я здесь, милорд и повелитель, - Клер, плавно сгибаясь в поклонах, подошла к кровати с чашкой кофе в руках. - Простите, что ваш утренний кофе недостаточно горяч, но я ждала, пока повелитель соизволит открыть глаза.

У Дэвида мелькнуло ощущение, что все это уже было: он видел когда-то "этот гостиничный номер", пятна солнца на вытертом ковре и это улыбающееся лицо. С самого детства его иногда охватывало такое же тревожное чувство уже виденного, знакомого, но он так никогда и не мог найти потайную дверь воспоминаний.

Он выпил кофе и протянул ей чашку.

- Благодарю вас, моя добрая Клер, и разрешаю сесть рядом с собой.

Она обняла его за шею и уткнулась носом в его плечо, как тогда в Лас-Вегасе.

- Клер, - тихо сказал он, - тебе хорошо со мной?

Она едва заметно вздрогнула. "Это я всегда спрашивала, хорошо ли им со мной... Так не может продолжаться..." - подумала Клер.

- Почему? - спросил Дэвид. - Почему не может?

Она испуганно смотрела на него.

- Что - "почему"? Что - "не может"?

- Мне показалось, - сказал Дэвид, проклиная себя за то, что снова спутал мысли со словами, - что ты подумала о нас...

- Да, подумала, что это не может продолжаться. Я не смогу быть с тобой, каждую минуту я жду попрека. Ты хороший парень, но ты же нормальный человек, не святой. Святые не играют в блэкджек, не бьют с маху пистолетом по голове и не думают о том, сколько запросит эта девка с крашеными волосами.

Слезинки казались странно прозрачными на густо накрашенных ресницах. Голос звучал враждебно;

- Нет, я ни в чем не хочу упрекнуть тебя. Я злюсь на себя: дура, сентиментальная шлюха. Я думала всю ночь, я не хочу никаких истерик - двадцать пять долларов с вас, мистер, по таксе. Ничего не поделаешь, я молода. Приходите через десять лет - будет дешевле. А еще лучше - через двадцать, будет почти задаром...

Дэвид почувствовал, как его подхватывает теплая волна нежности.