Впереди ехал Лакс в короне Пиксиланда и его морская гвардия, шумно салютовавшая ему, своему королю, и Горайсу Витчландскому, его сюзерену. Он выглядел отважным, подтянутым и крепким и был хорошо вооружен; лицо его с ясными глазами моряка было открыто и окаймлено курчавой каштановой бородой и кудрявыми волосами. За ними шла основная часть пешего войска, тяжело вооруженная топорами, копьями и короткими витчландскими кортиками — йомены[84] и крестьяне из окружавших Карсё низменностей, из южных виноградников или из холмистой местности близ Пиксиланда, важные и крепкие мужчины, могучие как медведи, выносливые как бизоны, шустрые как обезьяны, — четыре тысячи лучших бойцов, отобранных Корсом по всей стране для этого великого похода. Сыновья Корса, Декалай и Горий, ехали перед ними в ряд вместе с двадцатью волынщиками, игравшими боевую песню. Поступь этого великого войска по мощеной дороге была подобна поступи надвигающейся с востока судьбы. Ноздри короля Горайса, сидевшего на помосте на крепостной стене над воротами, раздувались, словно у учуявшего кровь льва. Было раннее утро, дул южный ветер, и огромные знамена, синие и зеленые, пурпурные и золотые, с изображенным на них железным крабом, гордо развевались на солнце.
Вот показались четыре или пять конных отрядов, общим числом четыреста или более, в бронзовых латах, со щитами и сверкающими копьями, а последним из всех ехал сам Корс с замыкавшим шествие отборным легионом из пяти сотен ветеранов, неистовых воинов с побережий, что издавна сопровождали его в восточные моря и в Гоблинланд и стояли с ним плечо к плечу, когда он разбил в Витчланде Вампиров. Слева и справа от Корса, чуть позади него, ехали Гро и Галланд. Румян лицом был Галланд, подтянут осанкой и хорош собой, долговяз, с длинными каштановыми усами и большими добрыми глазами, похожими на собачьи.
Презмира стояла подле короля, а с ней леди Зенамбрия и Шрива, наблюдавшие за длинной колонной, двигавшейся к морю. Сын Корунда Хеминг опирался на крепостную стену. За ним, скрестив руки, стоял Кориний, презрительно крививший губы, великолепный в своем праздничном наряде, с венком из белладонны на голове и золотой эмблемой главного королевского военачальника Карсё на могучей груди.
Проезжая под ними, Корс насадил свой огромный бронзовый шлем, увенчанный плюмажем из выкрашенных в зеленый цвет страусиных перьев, на острие своего меча и высоко поднял его над головой, принося присягу королю. Его редкие седые волосы развевались на ветру, а на его грубом лице ноябрьским закатом пламенела гордость. Он ехал на напоминавшем сложением медведя могучем гнедом коне, тяжеловесно ступавшем под грузом тела своего всадника и его военного снаряжения. Следовавшие за ним ветераны подняли свои шлемы на копьях, мечах и алебардах, распевая свою старую походную песню в такт лязгу одетых в броню ног, маршировавших по Королевскому Тракту:
Король поднял свой скипетр, отдавая Корсу честь, и весь Карсё разразился криками с крепостных стен. Так выехал к кораблям лорд Корс со своей великой армией, которой предстояло принести в Демонланд бедствия и горе.
XVIII
Убийство Корсом Галланда
После отплытия флота из Тенемоса не случилось ничего, о чем стоило бы рассказать, пока август не подошел к концу. Тогда с запада прибыл витчландский корабль, и поплыл вверх по реке к Карсё, и ошвартовался у ворот крепости. Шкипер сразу же сошел на берег и направился в королевский дворец в Карсё, в новый пиршественный зал, где в это время король Горайс XII трапезничал вместе со своими людьми. И шкипер передал письмо прямо в руки короля.